Павел Щукин работает в историко-археологическом музее-заповеднике Фелицына уже 7 лет. Говорит, что выбрал эту профессию, потому что всегда стремился узнать что-то новое.
«Каждая выставка стимулирует тебя на новые открытия. Да и посетители не дают скучать, интригуют вопросами. Приходится развеивать мифы о Краснодаре, в которые многие верят», – признается экскурсовод.
Екатерины не было
К примеру, многие краснодарцы уверены, что Екатерина II посещала город. Но это выдумки.
«Екатерина выдала в Царском селе казакам жалованную грамоту, в которой говорилось, что они могут обладать этими землями, но сюда она никогда не приезжала. Действительно, она ездила на только что присоединенную территорию – в Крым. Но здесь еще раз повторюсь, она не была».
Существует также легенда, что поселок Ахтырский назван так из-за Екатерины Великой.
«Будто бы, когда она ехала там по мосту, который был неважно построен, то воскликнула: «Ах, дырка!» И поселок так и назвали. На самом деле, ничего этого никогда не было», - заверяет Павел Щукин.
Он рассказывает, что некоторые посетители музея приносят столовые сервизы и говорят, что это их предкам подарила Екатерина II. Но в лучшем случае, это сервизы конца XIX века.
Многие краснодарцы считают, что сабли и мечи весят около 20 килограммов.
«Как холодное оружие, которым можно управляться только с помощью своих сил, может столько весить? Шашка, например, весила меньше килограмма – 800-900 граммов, сабля не больше двух», – поясняет Павел.
«Екатеринодар не сразу строился. Когда казаки приехали сюда, они привезли на своих плечах собственно только то, что могли унести. Каждый строился, как мог. В основном это были шаткие хатки, которые разрушались при пожаре и сильном дожде. Когда землемер приехал проверить проект построек, с ужасом обнаружил, что домам дали команду: «Вольно!». Он имел в виду, что дома стояли совершенно не по плану – вкривь, вкось, что-то выше, что-то ниже», - продолжает Павел.
Он показывает казачью хату начала XX века.
«Я часто спрашиваю у детей, что это, – Павел указывает на казачий утюг, – отвечают правильно. Однако это приспособление можно было использовать и как музыкальный инструмент – проводить палочкой по нему, звучал, как трещотка».
Павел рассказывает, что казаки жили довольно строго, консервативно. Редко когда новые вещи появлялись в их быту. Но вот даже в этой хате можно увидеть ультрасовременную вещь.
«Фотография. Люди раньше фотографировались очень редко, может, раз или два в жизни. Увидеть себя точно изображенным им было страшно, дико. Ведь и зеркала в то время были роскошью. Многие за всю жизнь смутно представляли, как они выглядят, – зная только свое отражение в воде. Керосиновая лампа на столе – тоже относительно новая вещь в то время. Стекло вообще было роскошью, окна закрывали бычьими пузырями».
Казаки глазами иностранцев
Павел рассказывает, что американских пенсионеров всегда привлекает экспонат – казачье подворье в уменьшенном виде. Они его долго рассматривают.
«Они удивляются, что во дворе и люлька, и качелька. А я им объясняю, что в семье могло быть по 20 человек. Женщины рожали каждый год, потому что нужны были рабочие руки».
Для некоторых иностранцев казаки – нечто экзотичное, они не представляют, в какое время они появились.
«Однажды меня спросили, участвовали ли казаки в Крестовом походе. Но это XI-XII век, тогда их еще вообще не было», - поясняет Павел Щукин.
Экскурсовод рассказывает, что иностранцы – очень внимательные и старательные слушатели. А некоторые вообще узнают в этом музее о своей истории.
«Один турок – он языка не знал русского, с переводчиком был – удивился, услышав, что Румыния входила в состав Османской турецкой империи».
Не меньше иностранцев удивляют экскурсоводов школьники.
«Рассказывал им о Великой Отечественной войне, так они наперебой руки тянуть стали и спрашивать, где находится военкомат. Четвероклассникам недавно показал бюст Георгия Жукова и спросил, кто самый известный полководец Великой Отечественной войны, ребята ответили: «Сталин». Я говорю: «У него как минимум усов нет. Подумайте еще». Они мне дружно: «Ленин!» В головах у них все смешано, но радует, что хотят этими знаниями поделиться».
Стрижка, бришка и завишка
Салонный граммофон – еще один экспонат, который никого не оставляет равнодушным. Один такой граммофон стоил как 5 казачьих хат.
«Цена квартирного граммофона была от 180 до 200 рублей, а салонного – пятьсот. Кстати, оба граммофона прекрасно работают. Но нам нельзя их включать, чтобы они не износились», – объясняет Павел.
Оказывается, само здание Краснодарского государственного историко-археологического музея-заповедника имени Фелицына раньше было довольно известным салоном красоты.
«В 1886 году этот музей был гранд-отелем мадам Губкиной. Ей пришло в голову организовать здесь небольшой бизнес, она решила создать в нем парикмахерскую – нанять людей, чтобы стригли, брили бороды посетителям. Так она и сделала. И повесила забавную рекламу того времени с названием салона: «Стрижка, бришка и завишка».
Но однажды эту вывеску заметил один русовед, возмутился – мол, не знают языка купцы.
«Что за слова такие? Бришка, завишка – их нет в русском языке!» – сказал он Губкиной и посоветовал ей некого грамотного человека по фамилии Косорыл, а тот исправил надпись на «Стритье, бритье и завитье», – смеется Павел.
130 лет жители Екатеринодара также стремились к роскоши и богатству, как и современные краснодарцы.
«Вот, взгляните – соседнее здание в конце XIX века было домом купцов Богарсуковых. Самое богатое купеческое семейство на юге, и это их главная Екатеринодарская резиденция. Соседнее здание через дорогу было их гостиницей. Гостиничный бизнес тогда развивался хорошо. А в моде были высокие здания. В то же самое время мадам Губкина построила свою гостиницу – она была значительно выше гостиницы Богарсуковых. Башенка со шпилем на углу Красноармейской и Гимназической, ее можно и сейчас увидеть. Этого купцы стерпеть не могли. Тогда они наняли на то время самого дорого архитектора, ученика Федора Шехтеля Александра Козлова. Он спроектировал новую гостиницу. Но по проекту в ней должен был появиться третий этаж, а здание на него не было рассчитано. И поэтому его надо было укреплять либо сносить и строить новое. И Козлов укрепил, весьма оригинально получилось».
Это здание стало первым в Екатеринодаре, построенным в стиле модерн с элементами неоготики.
Однако сегодняшним жителям кубанской столицы мало что напоминает о былых временах. Можно обратиться к учебнику кубановедения, но гораздо интереснее слушать опытного экскурсовода.