В СМИ прошла информация, что жестоко избитая бойфрендом кубанская модель пошла на мировую. Сообщалось что пострадавшая девушка, которой во время трепанации черепа пришлось удалить часть костной ткани, простила мужчину. Действительно ли стороны примирились, как себя чувствует модель и что грозит ее бывшему возлюбленному — в нашем материале.
Ждет суда дома
Все помнят шокирующую историю, произошедшую в столице с кубанской красавицей Анжеликой Тартановой. В декабре прошлого года она перестала выходить на связь с родными, начались поиски, и вдруг девушку обнаружили в реанимации одной из московских клиник. Выяснилось, что так жестоко ее избил возлюбленный.
Анжелике пришлось пройти через две экстренные трепанации черепа, а чтобы снять давление на мозг, ей удалили часть костной ткани. О былой красоте теперь уже бывшей модели придется забыть. Самым главным делом для нее теперь является реабилитация.
Ей требуется установка пластины на месте поврежденной кости черепа, и большой вопрос, как организм перенесет эту операцию. Если все пройдет хорошо, дальше начнется длительный период реабилитации — пациентке предстоит работа над восстановлением памяти, ведь в настоящий момент она не узнает родных и не помнит, что у нее есть сын. Также ей нужно восстанавливать речь, моторику и когнитивные функции. Для всего этого ей потребуется помощь узких специалистов — логопедов, психологов и реабилитологов и огромные суммы денег. По времени занять все это может месяцы, и даже годы.
Подозреваемого в избиении Тартановой Дмитрия Кузьмина задержали. 17 декабря Никулинский районный суд Москвы поместил его под домашний арест. По информации пресс-службы Судов общей юрисдикции города Москвы, мужчине вменяют ч.1 ст. 111 УК РФ «Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью».
Перемирия нет
Как гром среди ясного неба прогремела новость о примирении сторон. Адвокат Анжелики отозвал апелляционную жалобу на домашний арест Кузьмина. Последний оплатит лечение пострадавшей и компенсирует моральный ущерб.
Соцсети буквально взорвались — люди не понимают, как можно было простить обидчика. Некоторые опускаются до оскорблений и без того пострадавшей девушки и «терпила» — самое из них безобидное.
Но зря общественность столь негативно восприняла эту новость, впрочем, информация до людей была доведена не совсем корректно. Подробности заключенного соглашения раскрыла сестра пострадавшей Анастасия.
Сразу подчеркнем — перемирия не произошло, и Кузьмина никто не простил.
«Это не „заключили мировую, и все ему прощено“. Нет. Анжелика его ненавидит, потому что он ее изуродовал и инвалидом оставил на всю жизнь», — пояснила MSK1.RU Анастасия.
Она уточнила, что взамен на оплату лечения сестры они не «полощут» имя мужчины в СМИ.
«Перестает платить — снова общаемся со СМИ. Вот такая у нас была договоренность. Так что не верьте тому, что пишут, никто его не простил», — сказала Анастасия.
Существование некоего соглашения она таким образом подтвердила, но, по ее словам, оно никак не относится к предстоящему по уголовному делу суду. То же самое говорит и адвокат Олег Середа уточнивший, что подписан гражданский документ о возмещении компенсации, который не влияет на судебные решения по уголовному делу.
«Все верно, соглашение между потерпевшей Анжеликой и обвиняемым есть. Кроме того, с согласия Анжелики отозвана моя апелляция по мере пресечения, домашнему аресту. Это не являлось условием, это просто жест ее доброй воли, можно сказать, — уточнил адвокат. — Уголовное дело в отношении Дмитрия не завершено. Оно будет, как я понимаю, направлено со временем в суд, и в дальнейшем суд уже решит его судьбу в порядке закона».
Адвокат рассказал, что на контакт Кузьмин пошел только после возбуждения уголовного дела. До этого он никак не пытался компенсировать стоимость лечения избитой им модели.
Жизнь заставила
Анастасия с негодованием опровергла и приписываемые ее сестре слова о том, что Дмитрий Кузьмин начал исполнять взятые на себя финансовые обязательства«. В своем нынешнем состоянии Анжелика не может ни читать, ни писать.
«Человек не помнит ни букв, ничего... На встрече с адвокатами она сидела и молчала. Везде разговариваю за нее я. Я ее неделю только учила расписываться».
При этом женщина признала, что пойти на переговоры их заставила острая необходимость в деньгах на дорогостоящее лечение, включая предстоящую операцию и реабилитацию.
«Нам нужно здесь и сейчас лечить человека... Мне надо заказывать ей пластину, которая стоит очень дорого. У меня на это денег нет», — добавила родственница потерпевшей.
Она отметила, что врачи не дают гарантий, как пройдет операция и сможет ли организм сестры ее пережить.
«У человека кусок мозга отщипнули! Ей плохо постоянно, и мне тяжело с таким больным сидеть, я тоже уже на таблетках, на успокоительных. А пишут — „простили“!», — возмущается Анастасия.
При этом существующие финансовые договоренности с обвиняемой стороной не являются «оберегом» от уголовки. Семья Анжелики планирует до конца участвовать в уголовном процессе и добиваться срока для сломавшего ей жизнь мужчины.
Юридический аспект
Как может повлиять на решение суда финансовое участие обвиняемого, kuban.aif.ru спросил у юриста Евгения Моторина. Он напомнил, что базовое наказание по ч. 1 ст. 111 УК РФ — до восьми лет лишения свободы.
И суд будет учитывать все обстоятельства. Если подтвердится информация из СМИ о наличии у Кузьмина неснятой или непогашенной судимости (условный срок за разбой), это будет признано отягчающим обстоятельством (п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ)
«Важно понимать: домашний арест — это не наказание, а мера пресечения, избираемая на время следствия, чтобы предотвратить риск скрыться, повлиять на свидетелей или продолжить преступную деятельность. Отзыв апелляции на эту меру со стороны защиты потерпевшей означает лишь то, что сторона обвинения не настаивает на более строгой мере (содержании под стражей) на данном этапе. Это не предрешает итоговый приговор», — прокомментировал юрист действия стороны потерпевшей.
Он подчеркнул, что сестра Анжелики Тартановой абсолютно верно объяснила суть заключенного соглашения — это не примирение сторон в уголовно-правовом смысле.
Согласно ст. 76 УК РФ, примирение, это процедура, при которой потерпевший полностью заявляет о том, что примирился с обвиняемым, и просит прекратить уголовное дело. Суд может это сделать, если обвиняемый загладил причиненный вред (возместил ущерб) и это преступление небольшой или средней тяжести. Умышленное причинение тяжкого вреда (ст. 111 УК РФ) — это тяжкое преступление, и по нему примирение в качестве основания для прекращения дела не применяется.
Скорее всего, стороны заключили гражданско-правовое соглашение о компенсации расходов на лечение и реабилитацию.
Возмещение вреда (в том числе добровольное) является смягчающим наказание обстоятельством (п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ). Активные действия по оплате дорогостоящего лечения и реабилитации суд может расценить как действенное раскаяние и стремление загладить вину, что смягчает ответственность.
«Однако, как справедливо отмечает сестра, сам факт оплаты не отменяет тяжести содеянного и не означает прощения. Суд будет оценивать не только факт перечисления денег, но и характер травм, последствия для жизни потерпевшей и личность обвиняемого», — резюмировал юрист.
По его мнению, учитывая тяжесть последствий для здоровья, вероятность получения обвиняемым условного срока крайне мала. Суды по таким статьям, как правило, назначают реальное лишение свободы.
«Скорее всего, суд назначит реальное лишение свободы. Смягчающие обстоятельства (возмещение вреда) могут повлиять на срок в сторону его снижения в пределах санкции статьи, но не на вид наказания. Например, вместо 5-6 лет могут назначить 3-4 года», — выказался эксперт.
Таким образом, заключенное соглашение не является «билетом на свободу» для обвиняемого. Оно представляет собой тактический шаг, направленный на снижение степени общественного давления и формирование позитивной для защиты позиции в суде. Однако, учитывая квалификацию преступления и его последствия, основным вопросом для суда будет не «будет ли реальный срок?», а «какой именно срок будет назначен с учетом всех обстоятельств?».