aif.ru counter
309

Как договориться? Ученый о взаимодействии бизнеса, власти и народов Севера

«АиФ-Юг» № 21. «АиФ-Юг» № 21 22/05/2019
Виолетта Гассий / Из личного архива

Девять часов на квадроцикле по бездорожью, десятки километров на лодке по безлюдным рекам, недели жизни в посёлках оленеводов на Крайнем Севере - работа Виолетты Гассий вовсе не похожа на ту, какой мы представляем труд экономиста. Конечно, приходится анализировать и обрабатывать данные, но всю информацию учёный получает в экспедициях. Почему уроженка Краснодара заинтересовалась Севером, зачем изучать взаимодействие власти, общества и бизнеса и чему Кубань может научить другие регионы России, - об этом и многом другом доктор экономических наук рассказала «АиФ-Юг».

Капитал без Маркса

Начнём с того, что в Краснодаре есть улица имени Валерия Гассия - назвали её в честь отца нашей героини, олимпийского чемпиона по гандболу. Он, кстати, и посоветовал дочке поступать в аспирантуру. Под руководством профессора Юрия Филиппова Виолетта Гассий изучала развитие местных сообществ, проще говоря, как взаимодействуют между собой бизнес, власть и общество, т.е. как социальный капитал территории способствует её экономическому развитию.

«Это сейчас о социальном капитале знают многие, - говорит доктор экономических наук. - А в 2005 году, когда я защищала кандидатскую диссертацию, произошёл курьёзный случай - услышав понятие «социальный капитал» один уважаемый учёный серьёзно спросил: «А где же Маркс, если вы рассматриваете капитал?».

Тогда о Севере Виолетта Гассий и не помышляла, изучала развитие местных сообществ на примере Юга России - оказалось, что у Юга и Севера много общего. На Кубани создают крепкие семьи, почитают старших, помнят историю своих семей - с таким же отношением к традиционным ценностям доктор наук столкнулась на другом конце страны. Поэтому и на Кубани, и в северных городах часто встречаются целые династии - врачей, учёных, деятелей культуры и т.д.

Потом Виолетта Гассий стажировалась в США, пока на экологическом форуме в Сочи не познакомилась с профессором РЭУ им. Г.В.Плеханова Иваном Михайловичем Потравным - одним из столпов науки об экономике природопользования в стране. Как раз в то время крупные компании, работающие на Севере, столкнулись с проблемой: как при добыче нефти, газа, алмазов и т.д. избежать конфликтов с местным населением, как посчитать компенсацию, минимизировать ущерб коренным народам. В Республике Саха (Якутия) в 2010 году даже приняли закон об обязательной этнологической экспертизе инвестиционных проектов, которая позволяет не только защитить права коренного населения, но и предложить пути взаимодействия коренных народов и недропользователей.

В посёлке Сватай Среднеколымского района учёных попросили… спеть.

«Тогда меня, как состоявшегося специалиста по развитию местных сообществ, и пригласили работать на Север, - продолжает Виолетта Гассий. - Дело в том, что от конфликтной ситуации, когда местное население против разработки того же месторождения, можно прийти к компромиссу. Моя задача - нивелировать конфликт за счёт предложения - как мы можем договориться? Возможно ли компенсировать убытки? Это могут быть не только деньги, но и строительство объектов социальной инфраструктуры, трудоустройство местных жителей. Такие вещи важны для Севера - работать там негде, в девяностые государство забыло про него, потому что, фактически, решало задачи по сохранению самого себя».

Виолетта Гассий (четвертая слева) знает - чтобы стать своим в любом сообществе, нужно "повариться" в нём не одну неделю. Фото: Из личного архива/ Виолетта Гассий

«Катюша» помогла

На практике это выглядит так - после решения всех формальностей с местными властями инвестор заказывает учёным независимое исследование: какое отношение у местного населения к инвестиционному проекту, что хотят получить жители от партнёрства с бизнесом, на что рассчитывают.

«Мы выезжаем на место, живём в посёлке несколько недель, встречаемся, общаемся, проводим опросы, - объясняет учёный. - Сначала на тебя, конечно, смотрят как на чужака - для местных все мы - «учёные из Москвы». Важно находиться внутри сообщества, чтобы понять, чем оно живёт. Ведь, как правило, люди, принимающие решения в больших корпорациях, не понимают, что происходит на месте, чем живёт местное население. Наша задача - увидеть и описать всё, вплоть до проведения методов космической фотосъёмки. На Севере есть территории традиционного природопользования, в рамках которых осуществляются оленеводство, рыбная ловля, охота и собирательство - ягоды, грибы, лечебные травы. Мы рассчитываем компенсацию по всем этим показателям, сколько местное сообщество потеряет в случае изъятия части земли под разработку месторождения. Работа эта сложная, она включает в себя труд разных специалистов: этнологов, биологов, ихтиологов, экономистов, археологов - вдруг техническая дорога пролегает через древнее захоронение».

Встречи с местными всегда проходят по-разному - например, в посёлке Сватай Среднеколымского района учёных попросили… спеть.

«Нам накрыли стол, совершили необходимые обряды, чтобы духи приняли нас, но чувствовалось, что люди не подпускают к себе, - вспоминает профессор. - Мы часто просим рассказать о себе - и тогда люди с добром вспоминают Советский Союз, когда стада оленей исчислялись десятками тысяч, а сейчас полторы-две тысячи считается хорошим показателем. И вот после разговора один из старожилов говорит: «А может вы споёте?». После пяти лет работы в Арктике я не удивилась - повороты бывают разными, и быть готовыми к ним - тоже часть моей жизни. Встала и спела «Катюшу» - потом мы весь вечер пели вместе. Всё-таки есть вещи, которые необходимо чувствовать учёному, на психологическом уровне. После этого нам сказали: «Вы будете здесь работать».

Надо сказать, что местное население хочет от бизнеса не только денег в виде компенсации за причиняемый ущерб, но и другие важные для их жизни вещи.

«Нужен комплексный подход, в отдалённых посёлках множество проблем, а у муниципалитетов нет денег, чтобы их решить, - говорит Виолетта Гассий. - Бизнес, например, может устроить на работу местную молодёжь. В Якутии есть положительный опыт - компания сама обучает специалистов с гарантией последующего трудоустройства».

Жители просят бизнес строить дороги, детские сады, другие социальные объекты. В одном посёлке попросили установить банкомат - до этого за пенсиями и зарплатами посылали местного жителя с пакетом карт на вертолёте в соседний населённый пункт. Он возвращался с сумкой купюр и раздавал под запись. Учёные отразили это пожелание в отчёте, бизнес прислушался, банкомат установили - все довольны. Хотя, конечно, понравиться абсолютно всем невозможно.

«Всегда есть местные, кто против работы недропользователя на их территории, не хочет развития. Но это, как правило, небольшой процент, - объясняет Виолетта Гассий. - Наука об управлении изменениями гласит, что люди боятся перемен. Есть сложенный годами образ жизни - неважно, хороший он или плохой. И когда человеку говорят: «Завтра всё будет по-другому», он пугается. Первая реакция - противодействие. Определённое количество людей всегда против - и это нормально. Но учитывая мировые тенденции и недавнее выступление Владимира Путина на Арктическом форуме, открытие новых месторождений, совершенствование технологий добычи - промышленное освоение будет всё больше продвигаться в Арктику. Поэтому будущее этого региона - в нахождении компромисса между бизнесом и коренными народами. Есть объективные тенденции развития России, которые заставляют искать механизмы координации интересов государства, населения и предпринимательства».

Чужое не возьмут

Жителям Краснодарского края трудно понять тех, кто привык к суровым морозам. Чем же удивил Север Виолетту Гассий?

«В первую поездку я попала в посёлок эвенков Жилинда, - вспоминает она. - Летели мы туда на вертолёте - там такие расстояния, что по-другому не доберёшься. А когда приземлились - поразила абсолютная тишина - ни щебета птиц, ничего. С бытовой точки зрения на Севере живут точно так же - есть и спутниковые антенны, и телефоны. Сами люди - открытые, такого чувства взаимопомощи у нас не встретишь. Оставляют на лето в тундре накрытые нарты (местные сани), другие вещи - и никому не придёт в голову взять чужое, все знают, что человек вернётся. Плюс отношение к смерти там совсем не такое, как в Европейской части России - все понимают, что может перевернуться лодка во время рыбалки, забарахлить снегоход в поездке за продуктами - и всё, конец. Поэтому никогда не проходят мимо».

А вот с точки зрения взаимодействия власти, бизнеса и общества уже северным регионам стоит брать пример с Краснодарского края, считает Виолетта Гассий.

«У нас хорошо развита система корпоративной социальной ответственности - мы избалованы в инвестиционном плане, - говорит учёный. - В крае работают европейские компании, они тратят огромные деньги на реализацию социально значимых проектов. На Севере такое поведение бизнеса можно по пальцам пересчитать. Ещё один знаковый момент - разработка краевой Стратегии-2030 - над ней трудилась масса людей: университеты, институты, консультативные центры, общественные организации. Стратегия получилась действительно народной. Плюс краевая власть очень открыта - практикуются открытые обсуждения, работает совет при губернаторе по инвестициям. Опыт региона в этом плане шикарен - им нужно делиться с другими регионами».

Наука об управлении изменениями гласит, что люди боятся перемен.

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах