В конце 2025 года команда российских врачей три недели провела в Сьерра-Леоне и помогла сотням местных жителей. Среди волонтеров была и неонатолог из Краснодара Анастасия Калита. Она рассказала «АиФ-Юг» о том, чем занималась в Африке, зачем новорожденного назвали именем хирурга, почему местные доверяют русским медикам и о многом другом.
К врачам на лодке
Бислан Джандар, «АиФ-Юг»: Как вы попали в Африку?
Анастасия Калита: Все началось со знакомства с известной акушеркой Екатериной Глок и ее международной гуманитарной миссией. Проекту около четырех лет, все это время в Сети я следила за работой Екатерины. Однажды даже написала ей сообщение, где мы немного пообщались, но это ни к чему не привело. В августе 2025-го я увидела, что для поездки в Сьерра-Леоне требуются неонатологи. Мы созвонились с Екатериной, я прошла мини-собеседование. Вскоре мне сообщили, что я еду, но нужно подготовить необходимые документы, отпроситься у начальства и добраться до Москвы. Там я познакомилась с Екатериной и с остальными участниками миссии - из Оренбурга, Красноярска, Уфы и других городов. Всего было 13 специалистов: хирурги, онкологи, акушеры, гинекологи, неонатологи, анестезиологи, стоматологи.
— В Африке команда из России за короткий срок помогла многим людям – сложно было работать?
— Так как там нет техники, на которой ежедневно работают наши врачи, приходилось пользоваться тем, что есть, и полагаться на знания и опыт. Отмечу, что каждый специалист повез туда профильные инструменты и аппаратуру, но этого все равно недостаточно для того, чтобы оснастить клиники в городах и районных центрах. Мы показали и рассказали коллегам, как работать с новой техникой. Там есть медики, которые получили образование в России - такие сотрудники в Африке высоко ценятся. Один из них, Августин, сопровождал нас. С нами были и переводчики, многие жители знают английский язык, поэтому общаться и объяснять что-то было не так сложно. В крайнем случае подключали язык жестов. За три недели успели провести 33 операции, включая сложные случаи в акушерстве и онкологии. Обучили 220 местных медиков.
— В соцсетях разлетелась история о беременной африканке, которую доставили к русским врачам на лодке. Расскажите подробнее.
— Во второй день пребывания наши гинекологи нашли пациентку в тяжелом состоянии. У нее диагностировали преэклампсию и срочно прооперировали. К сожалению, по результатам УЗИ, сердце малыша уже не билось. Дело в том, что ночью, когда женщина почувствовала себя плохо, муж повез ее в больницу, но до госпиталя добираться несколько часов на лодке. Пока они плыли, у нее несколько раз были судороги. Муж привез ее ночью, но нас вызывать не стали, да и местные врачи не предприняли никаких экстренных мер. К утру было слишком поздно спасать малыша, он погиб внутриутробно. Зато наши гинекологи провели операцию и стабилизировали состояние пациентки. Сейчас с женщиной все хорошо, она восстанавливается. Еще наши гинекологи сумели спасти маму и ребенка. В благодарность родители назвали мальчика Рустем в честь хирурга.
Ключ к доверию
— Вам не было страшно на другом континенте?
— Пауки оказались не такими пугающими, а заболеть желтой лихорадкой или малярией я не боялась, так как заранее сделала нужные прививки. Вся команда пользовалась местными средствами защиты от комаров. И вечером мы не выходили из отеля, так как именно в это время активизируются насекомые. А вообще во время работы все прочие мысли отходят на второй план.
— Тяжело было работать в жару?
— Сейчас там зима, температура около +30. Сами африканцы ходят в шапках и куртках, а нам было комфортно в футболках. Там даже приятнее, чем летом в Краснодаре.
— На фото у вас афрокосички. Когда успели их заплести?
— Идея с косичками пришла нам с коллегой Настей где-то в середине поездки. Все-таки там тяжело поддерживать привычный уровень гигиены, еще и из-за высокой влажности невозможно нормально уложить волосы. Да и побывать в Африке и не заплести косички — непростительно. Мы задерживались в городах и деревушках примерно пару-тройку дней, по приезду у нас было время освоиться. В один из таких вечеров мы отправились в салон, где мастера заверили, что дело на пару часов. Они недооценили густоту и длину моих волос. В итоге просидела в кресле пять часов, а косички плели в 10 рук. Новый образ обошелся где-то в три тысячи рублей. Потом я заметила, что пациенты стали больше доверять нам с Настей. Взрослые и дети принимали нас за своих и быстрее шли на контакт.
— Сейчас вы продолжаете общаться с зарубежными коллегами?
— Да, в центральных клиниках хорошо ловит сеть, и почти все ходят со смартфонами. Недавно мне приятельница прислала смс с серьезным клиническим случаем: недоношенный малыш с врожденным пороком, несовместимым с жизнью. Я описала коллеге весь процесс работы с учетом местных возможностей.
— Если подвернется возможность, готовы вернуться в Западную Африку в составе миссии?
— С удовольствием! Место безумно красивое, с невероятной природой. Мне кажется, что через какое-то время Западная Африка обязательно станет популярным туристическим направлением. Уверена, что каждый должен там побывать.
От взрослых к детям
— Как вы оказались в перинатальном центре?
— В выпускных классах меня привлекала стоматология. Нравилось, что зубные врачи работают в спокойной обстановке. Каких-то экстренных ситуаций у них не так много, но после третьего курса меня неожиданно занесло в фельдшерскую часть. К тому моменту я уже подрабатывала, поэтому моя подруга Даша предложила присоединиться к бригаде. Она уговорила руководство взять меня на работу, и я там многому научилась. С большой благодарностью вспоминаю коллег. Мне было безумно интересно на «Скорой», но это не женский труд: физически тяжело. Далеко не все пациенты худенькие - были люди с весом в 150 кг. Да, зачастую окружающие помогают с транспортировкой больных, но не всегда можно найти помощников. Позже меня увлекла педиатрия. Я поняла, что работать с детьми приятнее, чем со взрослыми.
— Анастасия, в какой момент нужно обращаться к такому специалисту, как вы?
— Меня вызывают, когда что-то идет не по плану: новорожденный не дышит, не бьется сердце и т.д. Я прихожу и спасаю дитя, забираю к себе в реанимационное отделение для дальнейшего наблюдения и лечения. Если рождается здоровый ребенок, он, как правило, находится с мамой в палате. Мы же продолжаем следить за состоянием младенца, чтобы во время выписки не было сомнений, что малыш в норме. Если у младенца есть патологии, то проводим более тщательную диагностику, составляем необходимый план лечения и выхаживаем его.
Наши гинекологи сумели спасти маму и ребенка. В благодарность родители назвали мальчика в честь хирурга – Рустем.
— Здоровый малыш — это какой?
— Это маленький эффективный организм, который радует своим развитием. Младенец просыпается с энергией, чтобы есть, крепко спит и громко заявляет о своих потребностях. Его кожа — теплая и чистая, взгляд — ясный, а движения, хоть и хаотичны, но полные силы. Малыш сам справляется с главной задачей новорожденного — жить и развиваться.
— Правда ли, что музыка может влиять на развитие ребенка в утробе матери?
— Да, благотворное влияние классической музыки на младенцев доказано научно. Классика позитивно воздействует на нервную систему малыша еще в утробе мамы, поэтому очень важно разговаривать с детками в животе. Здоровый младенец хорошо переносит бытовой шум вокруг, на сон это не влияет. Для недоношенного ребенка же важна тишина.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
