Примерное время чтения: 6 минут
66

«Екатерину нянчили». Воспоминания участников создания скульптуры Екатерины

Сюжет Живая история Кубани
Василий Николаевич Антонов и Евгений Пантелеймонович Конах принимали участие в создании памятника Екатерине II.
Василий Николаевич Антонов и Евгений Пантелеймонович Конах принимали участие в создании памятника Екатерине II. / Наталья Мажник / АиФ-Юг

Неотъемлемая часть Краснодара – скульптуры, памятники и исторические здания с их лепниной, модульонами, вазами, кариатидами и другими элементами, притягивающими взгляд. Особо выделяется среди них памятник Екатерине II работы скульптора Александра Аполлонова, расположенный в одноименном сквере. Не все знают, что эта и многие другие скульптуры – плод коллективного труда. В тени имени великого скульптора люди, своим трудом и талантом помогающие создавать красоту, среди которой мы живем. С двумя из них встретилась журналист kuban.aif.ru.

Екатерина в лесах

Краснодар – безусловно, обладающий особым шармом город. Городские улочки в старом центре помнят казаков, принявших в дар от Екатерины Великой эти благодатные плодородные кубанские земли. Помнят первых жителей, строивших город, купцов, приехавших сюда и навечно вошедших в историю Екатеринодара. Они создавали первые заводы и производства, лавки и магазины, строили дома и усадьбы, которые сегодня носят их имена. Из жизни этих, ставших легендами людей, и складывалась история столицы сначала Азово-Черноморской области, а потом и Краснодарского края, которому в этом году исполняется 85 лет.

Неоценимый вклад в городскую атмосферу вносят полюбившиеся краснодарцам и гостям города скульптуры. Особенно среди них выделяется скульптурный комплекс в сквере Екатерины. На встречу с теми, кто участвовал в его создании, я отправилась жарким июньским днем.

Евгений Конах – лепщик-форматор. Через его руки прошли многие знакомые каждому краснодарцу памятники. Исторических личностей, к реставрации чьих особняков приложил руку, он перечисляет поименно, словно хороших знакомых. Каждый старинный изразец, каждый модульон, каждый камин спустя годы он помнит и в подробностях может рассказать, как шла работа над восстановлением той вазы или этого камина. На встречу Евгений Пантелеймонович принес старый фотоальбом. На временами выцветших, а порой и смазанных фотоснимках запечатлена та самая Екатерина в лесах (кто ее такой видел?) и другие моменты профессиональной деятельности мастера.

Кстати, как отмечают мои собеседники, Александр Аполлонов по пластике слепил Екатерину правильнее и красивее, нежели была первоначальная скульптура. Он отталкивался от модели, которая находится в Петербурге в русском музее. И казаки в скульптурном комплексе – каждый личность.

Маяковский был неправ

Музей Фелицина, дом генерала Вишневецкого на углу улиц Красноармейской и Комсомольской, фасад банка на Орджоникидзе, прокуратуры на Советской, дом Фотиади на Ленина/Коммунаров. В реставрации этих и многих других зданий участвовал Конах. В знаменитом Доме Книги он набирал мозаику.

Для него реставрация – не просто рабочий процесс за плату, а сама жизнь. Он душой болеет за камины, потолочные карнизы, и другие элементы, которые разрушаются в заброшенных старинных домах, за уничтожаемые по незнанию кусочки истории. По подсчетам Евгения Пантелеймоновича, с 1984 по 1989 год в городе уничтожено 20 изразцовых каминов, у которых когда-то грели руки атаманы. Безвозвратно утрачены старинные изразцы, которых в каждом камине было около 230.

О своей работе он может говорить часами. Слушая Евгения Пантелеймоновича, как будто переносишься во времени. Однажды во время реставрации Гермеса на магазине российского текстиля он обратил внимание на летающего вокруг воробья и писк внутри разрушенной фигуры. Заглянул во внутрь Гермеса – бога торговли, а там гнездо с птенцами. Гнездо аккуратно положили на крышу.

Среди прочих, участвовал Конах и в создании памятника «Собачкина столица», при этом отметил: «Маяковский обозвал Екатеринодар некрасиво и был неправ. Мы это при встрече ему укажем».

Когда лепят медведя

Так как же создавалась Екатерина? Скульптор лепит эскизы. Василий Антонов, Евгений Конах в составе бригады увеличивают эскиз. Это колоссальный труд. Берется пунктирная рама, отмечаются точки, из дерева делается каркас, потом наступает очередь глины. Так, на скульптуру Екатерины ушло примерно десять тонн глины.

«Василий Николаевич ее замачивает в железных корытах, три раза выкидывает, чтобы «протряхла», потом по лесам поднимает нам, и по точкам, по гвоздикам лепим «медведя» - с ударением на последний слог, как говорят скульпторы. Потом мастер поднимается наверх, и мы кидаем ему оставшиеся две тонны глины, он делает лицевую лепку. Худсовет принял, и я формую», - рассказывает Евгений Пантелеймонович.

Скульптор лепит из пластилина, форматор переформовывает. По кускам снимается форма, ее собирают и отливают модель, разрезанную на несколько частей, в гипсе. После все везут в Ростов, где отливают восковую модель, затем воск выплавляется, и части скульптуры остаются в бронзе.

«Так же лил Бенвенуто Челлини, я читал в книге», - отмечает мастер.

Екатерину они «нянчили», на руках носили каждую частичку глины. По его воспоминаниям, на статую Екатерины без мантии ушло десять тонн трижды перемолоченной глины и полторы тонны гипса. Екатерину он формовал полтора месяца. В Ростове литейщики по моделям заформовали по ХТС и отлили из бронзы 23 куска, из которых потом и сделали знакомый всем памятник.

«Это больше труд или искусство?» - спрашиваю я.

«Это кайф», - не задумываясь, отвечает Евгений Пантелеймонович.

И тут же с юмором сравнивает себя с верблюдом из анекдота.

«Верблюда пригласили на свадьбу. А оказалось, что он возил дрова, вот мы как верблюд на свадьбе», - шутит Евгений Конах.

Да, обычно их работа остается за кадром и об этом знают только родные и близкие.

Форматорская шизофрения

Как отметил Василий Антонов, «Скульптора найти можно. А форматора искать долго. Это вымирающий вид, последние из могикан. Этому не учат».

На вопрос, какой своей работой гордится, Конах отвечает:

«Каждая работа – это жизнь. Маленькая или большая – любая работа мне близка и дорога».

Отец у Евгения Конаха был учителем рисования, двоюродные и троюродные сестры – художницы-оформители, дядя - гравер. Вышедший из творческой семьи, форматорству он учился живьем у старых мастеров, работавших в Сочи до войны. Стажировку Конах проходил в скульптурно-живописном комбинате в Киеве.

Интересный момент - Евгений Пантелеймонович свои работы подписывает.

«На задней части всех моделей, что делаю, пишу вензель – букву «А». Это не мой вензель, не моя фамилия, но ставлю букву ее. Она в алфавите первая и на вензель можно все кудри вешать, другие буквы, и монограмма получается», - рассказывает мастер.

«Легкой форматорской шизофренией» называет Евгений Пантелеймонович свои сны.

«Я ночью во сне формую. Такие изумительные работы получаются, в жизни таких не видел».

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Опрос

Где планируете провести отпуск или выходные?

Ответить Все опросы

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах