Примерное время чтения: 13 минут
2533

«Как корабль назовешь». Какие имена давали своим детям казаки и черкесы

«АиФ-Юг» № 35 30/08/2023

Имени всегда придавали большое значение. Нередко новорожденного называли в честь какого-то известного человека, чтобы он стал похожим на него, либо придавали смысл. Многие уверены, что это не просто слово, с помощью которого к человеку могут обращаться, а очень важный символ, который может повлиять на судьбу. В наше время люди нередко меняют свое имя, чтобы изменить жизнь. Мы решили разобраться, как называли своих детей черкесы и казаки, которые исторически проживали на территории юга России.

Железное сердце

«У черкесов имя ребенку всегда дают родственники мужа, – говорит Зарема Нагучева из Адыгеи. – Не знаю почему, но издревле повелось, что мать и ее близкие даже не участвовали в выборе имени. Кстати, отец малыша тоже не привлекался к этому выбору. Сейчас с молодой женщиной уже советуются, возможно, кому-то везет и самой придумать имя младенцу. Когда я готовилась стать мамой, 24 года назад такого не было. Когда стало известно, что у меня родится сын, свекровь стала подбирать имена будущему ребенку, но мне они совсем не нравились – казались какими-то устаревшими. Тогда я пошла на хитрость, попросила, чтобы имя сыну выбрала золовка – сестра мужа. Она к вопросу подошла ответственно, искала в словарях, смотрела значение имени. В итоге предложила мальчика назвать Алимом. Это в переводе с арабского означает «умный», «ученый». К слову, мне тоже имя понравилось. Сейчас сын уже взрослый, через несколько лет, наверное, женится. Но не уверена, что, когда у него будут дети, буду настаивать на выборе имени.»

Кандидат исторических наук Наима Нифляшева рассказывает, что у черкесов до рождения ребенка вопрос о том, как его назовут, не обсуждался, так как считалось, что злые духи могут навредить ему, но все же было поверье, что если в течение семи дней после рож­дения ему не дадут имя, он будет несчастным. Поэтому в течение этого времени по семь раз в день произносили ему в ухо предполагаемое имя, которым хотели назвать. Утверждали, что именно этим именем его будут называть, когда он предстанет перед Аллахом. Это называлось «пупочное имя». Раньше это имя подбирали в соответствии с месяцем, днем, временем его рождения, например: Раджеб, Кадыр, Рамазан, Мухарам, Зульхидж. Бывало, что называли именем гостя, если такой появлялся в семье. Кроме этого, давали имя для повседневного употребления. Матери обычно старались не называть настоящее имя своего ребенка при людях, потому что так было принято. Например, Большеглазый, девочку – Сикук (моя маленькая). Поэтому часто называли ребенка именем в соответствии с его внешним видом. А тот, кто давал имя, должен был подарить ребенку комплект одежды. Это вообще адыгский обычай. К слову, у черкесов тоже есть мода на имена, поэтому в разные периоды времени список популярных имен разный. Например, в 70-80-е года прошлого века девочек часто называли Зарема, Фатима, Сусана, Саида. Мальчиков – Аслан, Адам, Бислан, Азамат и т.д.

В последние годы популярны были имена Азида, Сатэнай (Сати), Нальмэс, Адыиф (так звали героиню старого предания). Мальчикам дают все чаще имена – Амир, Алим, Астемир и т. д.

Историк Рустам Барчо, который занимается генеалогией, тоже пришел к выводу, что черкесы придавали большое значение имени.

«При составлении древа одной из фамилий я отметил, что в одной ветви рода дети часто умирали в младенчестве, – рассказывает Рустам – И когда в очередной раз женщина родила, младенца отнесли в кузню, окунули в воду, где закаляют железо, чтобы малыш тоже был сильным, а назвали его Гучипс, что означает «железная душа», и мальчик выжил и прожил достаточно долго».

Не меньшее значение придавалось укладыванию младенца в люльку. Это тоже целый ритуал.

«По своей конструкции детская адыгская люлька – это деревянная кроватка со спинками, к которой крепятся дугообразные полозья, обеспечивающие равномерное покачивание, – пишет Наима Нефляшева. – За счет тугого пеленания ребенок неподвижно фиксировался, что оберегало его от травм, а специальное устройство мат­раса обеспечивало соблюдение норм гигиены – ребенок всегда был сухим и чистым.

К выбору дерева, из которого делали люльку, черкесы подходили тщательно и вдумчиво. Боярышник, в представлении адыгов – счастливое дерево, считался идеальным материалом. В таких люльках дети вырастали крепкими, здоровыми и красивыми. А вот, например, терновое дерево для люльки категорически не подходило: якобы детей в таких люльках будут преследовать несчастья. Не подходила в качестве материала и бузина – дети в такой люльке вырастали во вспыльчивых, конфликтных и неуживчивых.

Был и обычай укладывания. Это происходило через две недели после рождения ребенка. Тогда его торжественно укладывали в люльку в первый раз. К этому дню семья тщательно готовилась, накрывала стол и ждала гос­тей. Это был чисто женский обряд, в дом приходили родственницы и соседки. В богатых адыгских семьях при первом укладывании ребенка в люльку устраивались конные скачки».

Кстати, люльку для ребенка готовили и привозили определенные родственники. Сведения ученых на этот счет разнятся. По одним сведениям, в этот день люльку со всеми необходимыми для обряда принадлежностями привозили от бабушки со стороны матери. По другим, это зависело от пола ребенка: если рождался мальчик, то люльку для него готовил дядя или же бабушка по матери, для девочки – бабушка по отцу.

«Моему сыну люльку соорудил отец мужа, – говорит Зарема Нагучева. – В семье супруга это целый ритуал. Детскую кроватку моему мужу смастерил его дед. Кстати, когда Алим родился, ее достали с чердака. Но всем нам она показалась устаревшей. Тогда за дело взялся свекор, буквально в течение месяца он соорудил красивую люльку, у нас ее называют «кушъэ».

«У адыгов младенца в люльку укладывала пожилая женщина из числа родственников по отцовской линии, – продолжает Наима Нефляшева. – Ее женская история должна быть идеальной – женщина должна быть мудрой, многодетной и счастливой. В древности еще до того, как ребенка положат в новую люльку, туда клали кота и яйцо. Коты, как известно, сладко спят, а белое яйцо символизировало долгую жизнь, до седин. Дно люльки устилали плотным матрасом из соломы или овечьей шерс­ти, могли набить матрас и просяной шелухой. Ни одна из тех деталей, которые подвешивали к люльке, не была случайной. Все вместе они действовали как щит, ограж­давший ребенка от «злых духов», или, как мы сказали бы сегодня, от новой и потому агрессивной среды, к которой ребенок после рождения пока не адаптировался. Еще лет 100 назад черкесы подвешивали к колыбели раковину улитки, кусок кольчуги, серебряные монеты… и даже медвежьи когти. Под подушку клали кусочек железа или кинжал. Адыги-шапсуги, о чем писала известный этнограф Майя Джандар, в колыбель клали сверток, в котором находились гвоздь (что предвещало долголетие), соль, уголь, раковина улитки (ее называли «змеиной головой»), сера».

К голове ребенка в зоне темени прикрепляли комочек прополиса, что делало ребенка якобы некрасивым и непривлекательным для людей с «дурным глазом». По этим же причинам малышам пачкали сажей лоб, подбородок, нос. Адыги никогда не качали пустую колыбель и не оставляли ребенка в люльке без присмотра.

По словам Заремы Нагучевой, несмотря на то, что у них была готовая люлька, ребенок в ней почти не спал.

«Сын был спокойным, стоило потереть ему за ушком, и он засыпал. А люльку надо качать, и многие дети к этому привыкают и без укачивания не засыпают. Я не хотела его к этому приучать. Но малышу было уже месяца 3-4, когда свекровь сказала, что каждый адыгский ребенок должен вырасти в кушъэ и все-таки его туда запеленала. Он был крупным мальчиком и месяцам к восьми еле помещался в люльке, но засыпать вне ее отказывался. В общем, свекровь оказала медвежью услугу, – смеясь вспоминает женщина. – Вообще, после года малышей стараются от люльки отучить, хотя вещь очень удобная, особенно для капризных деток».

Княжеским не нарекать?

На Руси к выбору имени подходили тоже достаточно серьезно. Например, некоторые имена были предназначены для детей из богатых семей и даже было запрещено их давать простолюдинам.

Интересно, какие же традиции и принципы лежали в основе выбора имени для своего ребенка?

Чаще всего называли детей в честь отца или матери, сравнивая с различными предметами или животными. Поэтому многим был понятен смысл, который стоял за именем человека. Так как сильному могли дать кличку Медведь, хитрому – Лис и так далее. Помимо этого, имена были не только привычными для нас, как Иван, Василий, Петр. Родители также могли назвать ребенка в зависимос­ти от того, каким в семье он был. Если первым – Первуша, вторым – Вторак, третьим – Третьяк и так далее. Также немаловажным фактором при выборе имени ребенка были сами обстоятельства его рождения. Если его долго ждали, то так и называли – Ждан, если ребенок появился неожиданно – Нечайко, если беременность и роды были мучительными – Истома.

Внешние признаки тоже учитывались при выборе имени ребенка. Если ребенок имел бледную и светлую кожу, то его могли назвать Беляком, если он имел русый цвет волос – Русинко, Русак, если был худым – Худяк. Но чаще всего учитывали не только внешность, а характер и манеры поведения ребенка. Если ребенок был буйным, то его так и прозывали – Буян, если девочка была веселой и жизнерадостной, то ее могли назвать Забавой, а если тихой – Молчанка. Самыми почтенными и красивыми именами считались Богдан, Любава, Милован.

Как и у остальных народов, на Руси считалось, что имя может влиять на судьбу человека. Поэтому родители старались выбрать такое имя, которое прослужит своеобразным оберегом от злого духа и нечистых помыслов. Например, Кощей, Неудача, Грязка и т.д.

В семье ребенка могли называть по одному имени, а другие люди – по-другому. Повзрослев, у человека, часто появлялось еще одно имя, которое было связано с его репутацией, профессией и образом жизни. Например, Гуляйко и Пьяйко доставались тем, кто любил провести свое время за стаканчиком спиртного. Такие имена называли прозвищами.

Но все эти имена были в обиходе только до принятия христианства. После этого события появилась совсем другая традиция – давать ребенку только православное имя. Очень распространенными стали имена апостолов: Андрей, Павел, Петр, Иоанн и другие. Но помимо славянских православных имен в обиходе (естественно, более редко) начали появляться греческие и римские имена. Часто православные имена только употреблялись для вида, а в реальной жизни использовались те имена, которые были актуальными до этого. А второе имя в документах учитывалось как прозвище. Например, имя – Иван, по прозвищу – Медведь.

Имя христианское

А какие же имена давали своим детям казаки?

«В одном из кубанских журналов была статья ученого-филолога о Реестре Войска Запорожского 1649 года, точнее об именах и фамилиях казаков этого Войска, потомки которых через полтора столетия переселятся на Кубань, – говорит историк Владимир Пукиш. – Кажется, автор удивлен, что в списке имен казаков нет таких привычных для нас имен, как Владимир, Святослав, Олег, Игорь, Глеб. На первый взгляд, действительно – эти имена были известны еще в эпоху Киевской Руси, популярны они и сейчас. Почему же их не использовали наши предки 350 лет назад?»

По мнению Владимира Пукиша, на самом деле здесь нет ничего неожиданного. Это сейчас выбор имени новорож­денного – личное дело родителей, и они нарекают свое чадо как захотят. Правда, с учетом моды на имена, желания назвать ребенка в честь кого-то из предков, а иногда даже политического деятеля, литературного или киногероя. Не так было раньше. Еще сто лет назад люди были безвольны при выборе имени для своего ребенка – его выбирал священник, придерживаясь святцев – имен канонизированных церковью святых, записанных в церковном календаре. В своем подавляющем большинстве имена эти были древнееврейского происхождения (ветхозаветные), или греческие либо латинские (новозаветные).

«Но до принятия христианства у славян-язычников были свои имена. Значение многих из них понятно и сейчас – таковы, например, имена Братко, Вовк, Гроза, Сокол, те же Владимир или Святослав. Имена эти оставались в ходу еще длительное время после принятия христианства: получив при крещении имя святого, русичи в быту еще длительное время продолжали пользоваться традиционным славянским (светским) именем, – продолжает историк. – Некоторые из таких имен мы называем княжьими – Владимир, Святослав, Ярослав. Были среди них и имена варяжского (скандинавского) происхождения – Игорь, Олег, Ольга. Хотя, крестившись, Великий князь Владимир был наречен Василием, а его бабка Ольга была крещена Еленой. Гетмана Хмельницкого крестили именем Зиновий, хотя нам он известен под светским именем Богдан.

Но уже в XIII веке у восточных славян христианские имена начинают интенсивно вытеснять исконные, славянские. По-иному сложилась история имен у славян западных или южных: они сохранили большое количество старославянских имен вплоть до нашего времени. У русских же славянские имена стали возрождаться лишь чуть более ста лет назад. Сейчас большая их часть тоже освящена Церковью – многие славянские имена получили своих святых заступников. Но не так было 350 лет назад в Запорожье, поэтому не было среди казаков Святославов и Игорей.

Борис был первым?

Как показывает первая кубанская перепись казаков-переселенцев, проведенная в 1794 году, таких имен среди казаков не было и тогда. Владимиры, правда, были. Дело в том, что оно уже было включено в святцы. А самым первым из славянских имен, признанных православной церковью, было имя Борис (были канонизированы князья-мученики Борис и Глеб; кроме того, был канонизирован болгарский царь Борис, крестивший свой народ). Но имена эти встречались чрезвычайно редко. Так, среди почти 6500 казаков, зафиксированных переписью, было всего 8 Борисов и 2 Владимира (точнее, Владимера, как тогда писали).

Как же все-таки звали тех смельчаков, которые первыми прибыли на Кубань, найдя здесь родину для себя и своих потомков? Ответ на этот вопрос дает упомянутая перепись. Она проводилась посемейно по куреням, поэтому в ней преимущественно отражены имена только главы семьи. Вот почему в списке находим лишь 40 женщин – скорее всего, на момент переписи они были вдовами и потому являлись главами своих семей.

Всего в переписи упомянуты 145 мужских имен. Вроде бы много. Но более 70% казаков носили одно из 12 наиболее часто встречающихся имен (свыше 200 носителей каждое). Более того: 38% казаков носили одно из четырех наиболее частотных имен: это Иван (1164 человека), Григорий (447), Федор (424) и Василий (421). Отметим, что эти же имена являются самыми распространенными и в более ранних казацких реестрах, изданных еще в Запорожской Сечи.

Мода на христианские имена тоже менялась. Так, в то время очень редким было имя Георгий (как пишет автор статьи в журнале, в Реестре 1649 года оно вообще не встречается). В нашем списке оно встречается только 6 раз, и то только в форме Юрий».

Отметим, что женских имен в списке всего 18, в том числе по 5 Катерин и Марий, и по 4 Параскевы и Ефросиньи.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Опрос

А вам в детстве родители выписывали детские журналы?

Ответить Все опросы

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах