До революции Пасха была главным праздником для православного в большинстве своем населения Российской империи. О том, как проводили Светлую седмицу, какие традиции тех времен сохранились, а какие остались в прошлом, почему потомки линейных казаков в светлый праздник шли на кладбище, «АиФ-Юг» рассказал этнограф, кандидат исторических наук Антон Зудин.
Главный праздник года
Федор Пономарев, «АиФ-Юг»: Антон, Пасха была главным праздником в Российской империи?
Антон Зудин: Пасха — величайший христианский праздник русского церковного и народного календаря. В православной традиции Пасха, в отличие от того же католицизма, где акцент больше на Рождестве, всегда была главным праздником.
Пасха — стержень христианской догматики, она отражает идею Воскресения Господа, который своей жертвой, распятием на кресте, дал надежду людям.
— У Пасхи на Кубани существовали свои особенности празднования?
— Их можно назвать особенностями условно, так как многое было заимствовано из традиций метрополий, но некоторые черты отличали празднование у нас от, например, Центральной или Северной России. Даже название: на Кубани говорили «Паска», реже — Великдень или Великдэнь, но это скорее украинское влияние. Не было у нас и понятия «пасхальный кулич» — на Кубани специально к празднику пекли «паски». И это была особенная выпечка — в нее добавляли гораздо больше яиц и сахара, чем в обычную сдобу, растопленное сливочное масло, сливки, сколотину — пахту, которая остается после сбивания масла. Не было у нас творожных пасок, которые стали популярными в последнее время.
Все-таки Пасха — праздник преимущественно церковный, поэтому в нем специфических кубанских черт не так много. Проще говорить о том, что мы утратили со временем, — например, традицию писанок (пасхальных яиц с нанесенным орнаментом-рисунком). На момент фольклорно-этнографических экспедиций эта традиция была уже не просто утрачена, а практически стерта из памяти. Благодаря исследованиям этнографа Николая Сумцова до нас дошли коллекции пасхальных писанок, которые он собирал в том числе и по всей территории Кубани. Сейчас в нашем центре пытаются традицию раскрашивать писанки возродить.
Линейцы на на могилках
— Кубань — регион неоднородный, отличались ли пасхальные традиции казаков линейных, черноморских, иногородних?
— Самое явное отличие: у линейцев существовал обычай на Пасху посещать кладбище. Это, пожалуй, основное отличие. С этой традицией современная церковь борется — кладбище сейчас предписано посещать на Провода, причем почему-то во вторник, а не в понедельник, как было на Кубани до революции.
Традиция посещения кладбища после пасхальной службы связана с идеей, что души умерших на Пасху приходят к живым и всю неделю находятся рядом с ними. В некоторых семьях существовала даже традиция приглашать покойников за стол, да и посещение кладбища — тоже форма приглашения усопших. С покойными христосовались, катая яйца по могилке крест-накрест.
— Откуда взялась эта традиция — посещать кладбище на Пасху?
— Из метропольных территорий, вероятно, — Курской, Воронежской области.
— Сейчас церковь осуждает посещение кладбищ на Пасху. До революции такое же отношение было?
— Судя по историческим материалам, в прошлом церковь была более лояльной.
— Слышал версию, что ходить на Пасху на кладбища стали в советские времена, так как это было воскресенье, а родительский день выпадал на будни…
— Нет, конечно, традиция точно досоветская. Тем более во времена СССР с празднованием Пасхи боролись — советская культура не могла переработать религиозный праздник в другом ключе, как, например, произошло с Масленицей. В советское время Масленицу, напомню, стали представлять как языческий праздник, не имеющий никакого отношения к христианству. Отсюда у нас на Кубани благодаря методичкам клубной системы появились «традиции» сжигать чучело, чего раньше никогда не было. С Пасхой ничего подобного произойти не могло, поэтому ее пытались искоренять. И именно на Пасху вводили рабочие дни, устраивали воскресники, в школах у детей проверяли руки — в краске от яиц или нет. В этот день устраивали в клубах, часто переоборудованных из церквей, танцы, комсомольские мероприятия. От Пасхи в советское время старались максимально отвлечь.
Радоница или Провода?
— Давай разберемся с Радоницей (днем первого после Пасхи общецерковного поминовения усопших), которая в Краснодарском крае стала официальным выходным?
—Слово «Радоница» никогда на Кубани не использовали — тут говорили «Проводы» или «Провода». Новое название появилось уже в постсоветское время.
И мне до сих пор никто внятно не объяснил, почему Проводы именно во вторник. Почему не понедельник — первый день Фоминой недели? Суть в том, что на Пасхальной неделе, в Великую субботу, не служат заупокойные службы. Поэтому службу переносят на следующую неделю; логично провести ее в первый понедельник после Пасхальной недели. Почему же вторник? Есть объяснение про девятый день после Пасхи, так как девять дней - символичное число для поминальной традиции. Но раньше на Кубани все-таки поминали предков именно в понедельник. Вторник — традиция уже современная.
— Опять к традициям: появились ли новые пасхальные традиции в советское и постсоветское время?
— Если говорить о временах СССР, то речь скорее об исчезновении традиций, хотя люди продолжали красить яйца, печь паски. Но ушли писанки, для создания которых надо было обладать некоторыми художественными умениями. Пропали традиции молодежных увеселений — дети играли с яйцами. В «битки», например: стукали, и тот, у кого разбилось яйцо, отдавал победителю. Катали их с горки — чье дальше укатится. Под влиянием города в станицах устанавливали общественные качели и карусели, за катание на которых брали плату пасхальными яйцами. В некоторых станицах проводили даже «кулачки» — бои на кулаках среди парней.
До революции на Пасху люди ходили в гости к родственникам и знакомым. Вся неделя была посвящена отдыху, работать было нельзя.
В линейных станицах была развита культура молодежных игр с исполнением игровых песен: «Король», «Крывой танец» и т. д. Кстати, станица Темижбекская послужила источником одной мистификации. Школьный учитель Егор Передельский в 1883 году написал очерк «Станица Темижбекская и песни, поющиеся в ней». В работе рассказывал он и о пасхальных хороводах, но во время сбора этнографического материала мы не нашли ни одного упоминания такой традиции. И не только в Темижбекской — вообще нигде на Кубани пасхальных хороводов не было. Только одну песню из его работы нашли и записали — «Ой же ты, Ванюшка». Но у Передельского она представлена как хороводная; а мы встретили совершенно другую по содержанию и по мелодическому складу — лирическую песню, без привязки к Пасхе. Соответственно, возникает вопрос достоверности: существовали ли вообще такие хороводы? И уже этот факт заставляет скептически смотреть на весь очерк — может, и другие факты в нем не соответствуют действительности?
— Но паски и крашеные яйца всегда оставались основой пасхального стола?
— Да, но некоторые традиции, связанные с едой, тоже ушли со временем. Раньше, кроме яиц и пасок, основным блюдом была свинина, в частности сало и молочные поросята. Сало так же освящали в церкви, им разговлялись после поста. Пасха имеет ветхозаветные корни: на Песах, иудейский весенний праздник в память об исходе из Египта, было принято есть ягненка с пресным хлебом и горькими травами. У славян произошло замещение: у нас как раз свинья, в отличие от еврейской и мусульманской традиции, — чистое животное. Существовали даже народные легенды о том, что свинью Господь благословил: когда святое семейство укрывалось от преследования Ирода в хлеву, свинья зарыла младенца Христа в солому, и его не нашли. А лошадь солому эту пыталась есть, поэтому, по легенде, Бог наказал лошадь работой на человека. Так что в славянской традиции, особенно кубанской, свинья — это благословенное животное.
Пасха была временем единения, застолий, гуляний, хождения в гости, укрепления родственных связей — как раз того, чего сейчас не хватает.
— Антон, о потере каких пасхальных традиций стоит жалеть больше всего?
— Церковные обряды, яйца, куличи — все это сохранилось, но ушли формы общественного досуга. Пасха была временем единения, застолий, гуляний, хождения в гости, укрепления родственных связей — как раз того, чего сейчас не хватает. И возродить это сложно, так как нет той общины: даже в станицах тех, кто помнит традиции, уже меньшинство. И, пожалуй, именно эту атмосферу праздника, всеобщей радости не на один день, а на всю пасхальную неделю, больше всего хотелось бы вернуть.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
