22 июня 1941 года стало черной датой в истории СССР. В тот воскресный рассвет, когда фашистская Германия вероломно напала на Советский Союз, началась Великая Отечественная война. Как встретили этот роковой день жители станицы Каневской Краснодарского края? Что помнят о 22 июня 1941 года станичники, чья мирная жизнь разделилась на «до» и «после»? Николай Лемиш прислал в редакцию «АиФ-Юг» воспоминания о том, как война ворвалась в казачью станицу, изменив судьбы выпускников школ, колхозников и врачей. Истории каневчан — это память о поколении, которое ушло на фронт, чтобы защитить Родину.
С выпускного — на передовую: как школьники Каневской ушли на фронт Великой Отечественной
В то роковое утро воскресенья жители всей нашей огромной страны еще досматривали утренние сны. Рассвет над большей частью Советского Союза наступил в 3 часа 45 минут. Его встретили тысячи выпускников советских школ, у которых 21 июня прошли выпускные вечера.
В каневской СШ им. Короленко состоялся выпуск десятиклассников. Неумолимая статистика потом подведет свой горький итог: из поколения родившихся в 1921-1923 гг. из пяти парней до Победы доживет только один. Десятиклассники 41-го стали офицерами: летчиками, танкистами, артиллеристами, флотскими офицерами, не говоря уже о пехоте.
Но это потом, а пока они все радуются, поют, встречают рассвет на берегу родного Челбаса. С одним из выпускников предвоенной поры, каневчанином Михаилом Ивановичем Бережко, я был знаком. Ему повезло. Он был неоднократно ранен, пройдя через горнило войны, честно прожил свою жизнь до глубокой старости.
Но никто из них в те утренние часы еще не знал, что уже с запада шла война — самая кровавая из тех, что до этого знало человечество. Фашистские войска уже нарушили границы СССР.
Сенокос 22 июня 1941: последний мирный день семьи Никитича из Краснодарского края
У большинства каневчан, занятых в сельском хозяйстве, воскресенье 22 июня не было выходным. В разгаре сенокос, прополка пропашных культур. Все руководствовались старинным, дедовским постулатом: «Один день год кормит». Колхозникам необходимо везде успевать.
В то утро мой дядя Сергей Никитич, бухгалтер Куйбышевской МТС, собирался со своими сыновьями-подростками на сенокос. Сотрудникам МТС были выделены участки под сенокос и заготовку сена для подсобного хозяйства. Поднялись они, едва забрезжил рассвет. Взяли с собой воду, запас еды, и, побросав на плечо косы, они отправились на конюшню запрягать лошадь и ехать за станицу, где им была нарезана делянка.
Старший, Григорий (Гриня), упросил отца управлять лошадью, сев на место возницы. Солнце всходило на горизонте, яркое, но до жары было еще далеко. Степь была напоена запахами летних цветов, где-то в вышине заливались жаворонки. Роса была обильной, все вокруг повлажнело, даже пыль за колесами не поднималась.
Отец поторапливал сына: «Коси коса, пока роса!» Гриня, шестнадцатилетний подросток, узкий в кости, но уже высокий и жилистый, косил сильно, размашисто, по-взрослому. Он пытался догнать отца, опыт которого по части косьбы был, все же, повыше. Сергей Никитич радовался травостою, сена получалось много, и он надеялся заготовить сено для домашней скотины с запасом.
Младший, Сашко, был младше брата на 3 года, был не таким опытным косарем, но быстро учился, был сноровист. Да и сама работа была в охотку. Радостные, довольные косари еще не знали, что их мир уже обрушился под тяжестью страшного слова: «Война!»
Вскоре Сергей Никитич уйдет на фронт, в 1942-м под Уманью попадет в свирепые фашистские лагеря, названные «Уманской ямой», и оттуда его выкупит местная украинка. Сергей чудом доберется домой, израненный, тяжело больной, и вскоре умрет от так и незаживших ран.
17-летний Григорий уйдет на фронт в феврале 1943 года из родной Каневской в составе 89-й Армянской дивизии, освобождавшей северную часть Краснодарского края. Вместе с другими бойцами окажется в печально известной Гарбузовой Балке, но уцелеет и пройдет дорогами войны до самого конца.
Впоследствии он окончит военное училище, станет офицером, в его жизни будет еще немало военных дорог в Китае. Проживет он долгую жизнь, его не станет в 1995-м.
Сашко, Александр, сядет подростком за руль трактора, и горькое военное детство на всю жизнь определит его призвание. Он проживет долгую жизнь труженика сельского хозяйства. Его грудь украсят орден Трудового Красного Знамени, медаль за Труд и множество других наград.
Он проживет долгую жизнь — 90 лет, оставив внуков и правнуков. Но это потом, а пока жутким росчерком молнии в жизнь мирной небольшой станицы ворвалась война.
Встреча, как в кино: как семья Шеметов воевала в морской пехоте и кавалерии
Другой наш земляк, каневчанин Петр Акимович Шемет, 22 июня 1941 года сел в поезд в Краснодаре, чтобы вернуться домой после окончания Краснодарского мединститута им. РККА, уже с дипломом врача.
В семье потомственного хлебороба Акима Петровича Шемета с нетерпением ждали сына, готовились отметить возвращение дипломированного врача и долгожданного сына. Уже суетилась многочисленная родня, накрывая столы. Ведь до войны профессия врача была не менее уважаема, чем, к примеру, летчика — «сталинского сокола».
Прибывший новоиспеченный врач даже не успел надышаться вольным воздухом родного дома, как праздник был убит наповал одним страшным словом: «Война!» Петр Шемет срочно собрался вернуться в Краснодар, в военкомат. Едва обняв родных, он на перекладных прибыл в город.
В условиях начавшейся войны в СССР срочно требовались медицинские специалисты, ведь будущие мирные медики обучались параллельно и как военврачи. Война ускорила события, и Петр Акимович прошел аттестацию с присвоением чина военврача третьего ранга, что соответствовало званию майора. И это в 24 года.
В июле 1941 года Петр Акимович Шемет стал врачом артиллерийского дивизиона 78-й Отдельной бригады морской пехоты, а потом он стал начальником медсанбата этой же бригады.
Аким Петрович, проводив сына, невзирая на возраст, не подлежащий призыву, ушел на фронт добровольцем. При этом он справедливо полагал, что на этой войне пригодится его боевой опыт — еще со времен царской армии у него был чин вахмистра (старшины) и опыт младшего командира. Это потом, уже к весне 1942 года, в кубанских станицах будут сформированы и обмундированы казачьи сотни из лиц непризывного возраста.
В октябре 1941 года бригада морской пехоты оказалась у степного колодца на пути к Донбассу, вместе с кавалерийским подразделением. Командир медсанбата решил напоить штабного коня, а в это же время к колодцу подвел коня и немолодой кавалерист, в котором Петр Акимович внезапно узнал отца. Радости его не было предела.
В семье Шеметов потом вспоминали: «Как в кино!» Вокруг обнимавшихся отца и сына собрались морпехи, кавалеристы, все радовались, пожилые солдаты утирали слезы. В то время вышел приказ Ставки, разрешающий родственникам служить в одном подразделении. Так Аким Петрович стал морским пехотинцем.
В 1943 году отец и сын оказались в Тегеране, в котором Шемет-старший уже был в 1916 году, в составе экспедиции сотника Гулыги, совершившего беспрецедентный марш через пустыню и территорию, занятую турками. А потом, уже на европейском театре военных действий, в 1944 году, Аким Петрович окончил курсы военных ветеринарных фельдшеров, и в звании старшины и ветфельдшера закончил войну.
Люди военных и 426 мирных профессий по-разному встретили 22 июня 1941 года, но никто не запаниковал, не сдался, а грудью встал на защиту своей Родины.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
