Примерное время чтения: 11 минут
3749

Взяли документы и кошку. Как беженцев из Мариуполя приняли в Краснодаре

Первая встреча семьи Гмыря после разлуки.
Первая встреча семьи Гмыря после разлуки. / Оксана и Владимир Гмыря / Из личного архивa

Когда дом разрушен, и негде даже переночевать, когда при себе лишь сумка с продуктами и документами, а впереди – неизвестность... Такой участи не пожелаешь никому. С 2014 года в Краснодарский край переезжают люди из ДНР и ЛНР, а сейчас и из других регионов Украины. Kuban.aif.ru рассказывает истории трех семей из Мариуполя. Несмотря на страшные обстоятельства, при которых им срочно пришлось покидать родной город, их объединило то, что в России они нашли приют и посильную помощь. 

Возвращаться некуда

Татьяна Иванова с 12-летней дочкой и пожилой матерью прибыла в Краснодар второго апреля 2022 года. В родном городе она работала в органах соцзащиты, семья жила в двухкомнатной квартире в левобережной части Мариуполя.

«Решение покинуть дом далось тяжело, но иначе бы мы не спаслись, - рассказывает женщина. - Сначала неделю прятались в подвале соседней многоэтажки. Там, под землей, было спокойнее, меньше слышны грохоты и взрывы. Питались тем, что смогли взять с собой. Люди делились друг с другом, жильцы дома поднимались иногда в свои квартиры и приносили какие-то продукты.

Не было ни света, ни воды, ни газа. Разводили костры, варили бульоны, чай, крупы. Но с каждым днем стрелять стали все чаще, нужно было выбираться. Дело в том, что наш район был отрезан от основной части города, к нам не могли проехать ни медики, ни спасатели. Как-то случайно мы увидели машину «Красного Креста» и попросили забрать нас. Так мы оказались в центральном районе. Нас разместили в бывшем Доме пионеров. В спортзале, наполненном людьми, провели еще неделю. 14 марта прошел слух, что кто-то смог выехать из города. На следующий день мы выбрались из Мариуполя - нас забрали родственники на своем автомобиле. Они тоже из Мариуполя и также остались в Краснодаре, получив статус беженцев».

С собой у Татьяны было четыре рюкзака.

«В одном лежали документы, во втором - еда, в третьем - вещи, в четвертом - кошка. Это все, что смогли унести, - продолжает она. - Пересекли Бердянск и отправились в сторону Крыма, оттуда в Краснодар. Приехав сюда, мы будто попали в другой мир. Как здесь поют птицы! В Мариуполе таких трелей никогда не слышали. Закрываешь глаза, и такое ощущение, будто находишься в лесу. Тут живут друзья, которые уехали из нашего города в 2014 году. Они помогли найти и снять квартиру. На первое время у меня было немного сбережений, два месяца еще начисляли зарплату с прежнего места работы. Продукты и одежду принесли волонтеры и просто неравнодушные люди. Благодаря им оделись, ведь мы приехали в зимних вещах, купить себе пока ничего не можем. Вот с обувью у нас проблема. У дочки вальгусная деформация стоп, ей нужны ортопедические босоножки на лето, но цена на них пока для нас неподъемная.

«Под землей только вера и остается

Сейчас Татьяна занимается оформлением документов и поиском работы.

«Ищу любую вакансию, связанную с документацией, могу быть секретарем, делопроизводителем. По образованию я бухгалтер-экономист.

Дочку оформили в школу, она уже отучилась два месяца, теперь на каникулах, очень скучает по своим друзьям, одноклассникам, по дому, прежней жизни, но возвращаться нам некуда - наша квартира сгорела. Когда уходили из нее, даже не представляла, что это навсегда, тогда думала только о том, как уцелеть. Там, в подвале, встретила двух женщин, они были верующие, научили нас молиться и сказали, что если верить, то все будет хорошо. Под землей только вера и остается, - объяснила Татьяна».

Впервые она почувствовала, что семья в безопасности, когда они пересекли границу Мариуполя.

«Потом были разные стадии восприятия, - вспоминает женщина. - Сначала радость, что смогли выехать. На следующий день, как снежный ком, стали наваливаться вопросы и мысли о том, что делать дальше. Оставалось еще много знакомых, родственников, о судьбе которых не было известно. Позднее, с каждым днем, кто-то выезжал, выходил на связь. Впадала ли в отчаяние? Когда узнала, что можно выехать из города, но у нас не было машины, начали опускаться руки. Казалось, забрезжил свет, есть выход, а ты не можешь. В этот момент было страшно. Но нашли родственников, которые вывезли нас. Тяжело смириться со всем, что случилось, и начать жить заново, принять, чтобы идти дальше».

Прятались, пока не пришли боевики

Супруги Оксана и Владимир Гмыря расстались первого марта, а встретились только 19 апреля.

«Мы проживали в восточном микрорайоне Мариуполя, наш дом оказался в эпицентре боевых действий, - рассказывает глава семьи. - Мы перебрались к друзьям, провели у них несколько дней, а потом жена решила выйти на работу. Второго марта связь с ней оборвалась. Мы с сыном не могли ни дозвониться до нее, ни добраться - дороги заминированы ВСУ».

Оксана работала в психиатрической больнице Мариуполя старшей медицинской сестрой.

«До 30 марта я была на рабочем месте. Из 400 человек штата нас осталось всего 18, остальные просто не могли добраться до больницы по разным причинам - дороги были перекрыты, - говорит Оксана. - В первые же дни пропали вода, свет, отопление, газ. Весна выдалась холодная: на улице минус десять, в помещении минус четыре. Было тяжело успокаивать пациентов, их состояние ухудшалось, поэтому быстрее расходовались медикаменты. В больницу приходили в поиске укрытия люди из окрестных домов, в том числе у нас прятались десять детей, среди которых 8-месячный ребенок. Бытовые вопросы решались сложно. Практически все время мы находились в бомбоубежище. Запаса еды хватало. На складе имелись крупы, макароны, сахар, чай, консервы, сухофрукты. Сухофрукты мы не варили, воды было мало, просто раздавали пациентам погрызть. Так проходил день за днем, пока 30 марта к нам в стационар не ворвались боевики «Азова» (экстремистская организация, запрещенная на территории Российской Федерации). Они обозначили, что будут там дислоцироваться».

Оксана решила бежать и вывела за собой еще 25 человек.

«Спросила, кто пойдет со мной. Сначала мы спустились в подвал, а потом перебежками прошли снайперскую зону - это самое страшное. Затем перебрались к безопасному месту – на территорию, которая контролировалась военнослужащими ДНР и России. Пациентов там разместили в пунктах временного пребывания, а жители сами принимали дальнейшие решения. Кто-то эвакуировался самостоятельно, кто-то планово. Так как я была разъединена с семьей, не могла принять эвакуацию в плановом порядке», - говорит она.

«Елена Гумарова и Евгений Овчаров, - продолжает разговор Владимир. - Когда-то мы познакомились с ними во время отпуска в Египте. Несколько лет поддерживали связь, общались, поздравляли друг друга с праздниками. В такой трудный для нас этап они протянули нам руку. Ребята вышли на один из федеральных каналов, корреспондент, который работал в Украине, помог супруге добраться до Бердянска, где мы ее ждали».

Дети с рюкзаками, взрослые с чемоданами, сумками - каждый бежал изо всех сил, чтобы не попасть под прицел снайпера.

23 апреля семья приехала в Краснодар.

«Пока девять часов стояли в Джанкое на таможенном контроле, разговорились с ребятами-волонтерами, - рассказывает Оксана. - Рассказали, что мы едем просто в никуда. Они прониклись нашей историей и помогли с жильем - на два дня поселили бесплатно в квартиру. Потом переехали на съемную. Хозяева Валерий Анатольевич и его супруга Елена сделали нам временную регистрацию на год. Теперь у нас есть крыша над головой, это наш второй дом. Почему выбрали Краснодар? Он ближе всего к Мариуполю, и тут похожий климат. Заехав в город, мы заблудились, были поражены здешним движением. Мариуполь компактный, тихий, а тут жизнь кипит».

На семейном совете супруги определили план действий. Первым делом - оформить документы, затем - найти работу, а потом обзавестись своим жильем.

«Мы еще надеемся попасть в нашу квартиру и забрать дорогие для нас вещи, реликвии, но пока это невозможно. В доме упал лестничный пролет, наша дверь на седьмом этаже выходит в небо», - говорит женщина.

Оксана уже нашла работу. На днях был ее первый день на стажировке в стоматологической клинике. Сын Александр - логист, он тоже трудоустроился.

«Тяжело начинать с нуля. Было бы здорово, если бы были какие-то программы, например, льготная ипотека для беженцев, - говорит она. - Самое главное для таких, как мы, - свой очаг. Но мы не теряем оптимизма. Нас поддерживают как обычные люди, так и руководители различных ведомств, нам помогают, спасибо всем, кто не остался в стороне!»

37 дней в темноте

Ольга Прокопенко бежала из Мариуполя с двумя детьми - 12-летним сыном и 17-летней дочерью. В Краснодар они приехали пятого апреля.

«До второго марта мы продержались в квартире, а потом собрали матрас, одеяла и спустились в бомбоубежище. 37 дней провели в кромешной темноте, - рассказывает Ольга. - Чтобы приготовить еду, выходили на улицу, разжигали костер, порции всем накладывали одинаковые - и детям, и взрослым. Первым делом варили мясо, добрые люди привезли мешок картошки, одна девушка работала на АЗС, принесла оттуда сосиски. В 18 часов был комендантский час, мы закрывались, боялись, что националисты придут к нам. Первое время в нашем районе было тихо, рядом «Азовсталь» и завод «Б». Потом снаряды стали прилетать и туда.

Между двумя нашими домами поставили украинский танк, там же засел снайпер. Так ни мы не могли выйти, ни к нам никого не пускали. Закончилась питьевая вода, стали пить техническую из труб, продукты тоже были на исходе. 30 марта, в мой день рождения, к нам постучали два парня. Это русские пришли! Мы обрадовались, успокоились, и давай угощать их сгущенкой, чаем. На следующий день решили уходить. Большой страх - сделать первый шаг. Нужно было перебежать дорогу, потом вдоль забора, через кусты. Дети с рюкзаками, взрослые с чемоданами, сумками - каждый бежал изо всех сил, чтобы не попасть под прицел снайпера. Когда выбежали, увидели то, что не ожидали и даже представить не могли: разрушенные, сгоревшие дома. Детям мы запретили смотреть по сторонам».

Когда люди оказались на безопасной территории, их накормили, у них проверили документы и автобусом вывезли в Таганрог. Оттуда Ольга приехала в Краснодар. Сейчас она устроилась стажером в колл-центр агентства недвижимости.

«Найти работу без российского паспорта очень трудно, - говорит Ольга. - Меня не взяли даже расклейщиком объявлений, отказали в клининговой компании. Я была в отчаянии. В Мариуполе работала оператором 1С на продуктовой оптовой базе. На оплату аренды жилья заняла пока деньги у знакомых. Надеюсь, скоро смогу поправить свое финансовое положение. А пока приходится экономить. На работу хожу пешком - дорога занимает час в одну сторону.

Дочка пока тоже не определена. Она училась в Харькове в колледже на художественном отделении. За несколько дней до начала спецоперации она приехала домой погостить, больше в Харьков уже не возвращалась. Там остались все ее вещи, документы. Где ей здесь учиться, пока неизвестно. А с сыном все сложилось удачно. В школу взяли без проблем. Дома он занимался футболом, здесь тоже нашли ему бесплатную секцию. Правда, не в чем было заниматься - бутсы порвались, а новые мы купить не могли, и он бегал в носках. Родители детей из секции узнали об этом и принесли ему бутсы, а волонтеры подарили мяч. Сын такой довольный! Мы даже не ожидали, что люди будут так помогать. Нам собрали одежду, продукты, бытовую химию, постель, полотенца. К нашему приезду хозяйка квартиры даже обед приготовила и накормила нас. По ночам я плачу, тяжело и физически, и финансово, и морально, но держу себя ради детей и их будущего».

кстати
Каждый год 20 июня мировое сообщество отмечает Всемирный день беженцев.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Опрос

Собираетесь ли вы снова вакцинироваться?

Ответить Все опросы

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах