В одном фильме про эту катастрофу есть образное сравнение заряженных частиц из разрушенного реактора с пулями, метко передающее характер тех событий и подвиг ликвидаторов. Они столкнулись с жестким противником, которого обуздали ценой своего здоровья. Подробнее об этом «АиФ-Юг» рассказал ее участник Николай Мохов.
Чернобыльский набат: людей отправляли на борьбу с радиацией сотнями тысяч
Весной 1986 года на Чернобыльской атомной электростанции проходили испытания оборудования, во время которых произошла катастрофа. Взрыв 4-го энергоблока 26 апреля в 01:23 по московскому времени привел к разрушению реактора и масштабному загрязнению обширной территории. Выход наружу невидимой силы, словно удар вражеской армии, потребовал призвать на борьбу с ней резервистов. Кубань направила на ликвидацию последствий аварии около 12 тысяч человек. В составе дислоцировавшегося в станице Динской полка гражданской обороны туда отправился и наш земляк Николай Мохов, своими глазами увидевший все последствия по горячим следам.
«Весившую 3,5 тысячи тонн металлическую крышу четвертого энергоблока взрывом подбросило на высоту более тридцати метров, — рассказывает краснодарец. — После этого она рухнула вниз и вызвала масштабные разрушения вокруг. За время службы я три раза был на территории станции и, конечно, положение было удручающее. Там ощущалась невозможная сухость во рту, что оказалось результатом воздействия радиоактивного йода. Непогашенный после аварии реактор периодически выбрасывал наружу радиоактивные материалы — плевался, как мы говорили. При этом никакого страха не было, но ощущалось сильное чувство ответственности».
Одной из первоочередных задач бойцов чернобыльского фронта было максимально обезопасить захваченную смертоносными частицами территорию вокруг ЧАЭС. Для этого туда доставляли огромное количество стройматериалов со всей страны. Николаю Мохову как старшему лейтенанту запаса поручили командовать вторым механизированным батальоном, который обеспечивал выгрузку прибывавших на железнодорожную станцию вагонов. Ежемесячно его личный состав доставлял на бетонные заводы около 4 тысяч тонн цемента и 120-130 тысяч квадратных метров железобетонных плит. Эта рутинная работа шла круглосуточно и требовала больших усилий.
«Вагоны с цементом шли сплошным потоком, но в пути он слеживался и цементовозы не могли его в себя всасывать вакуумом, — продолжает Николай Мохов. — Поэтому на крышу вагонов поднимались бойцы, которых мы называли операторами БСЛ — большой совковой лопаты. Они шурудили там четырехметровыми держаками, чтобы разрыхлить все внутри. Цемент использовался для возведения над четвертым энергоблоком объекта „Укрытие“, называемого саркофагом. А когда в сентябре начались заморозки, мы стали возить бревна и доски для строительства зимнего лагеря. Сначала все жили в обычных палатках на территории Полесского района Киевской области».
«Выстоять 50 секунд»: самая опасная работа на крыше третьего энергоблока
Одним из самых тяжелых и опасных участков ядерной линии соприкосновения была крыша 3-го энергоблока, на которую упало большое количество высокорадиоактивных материалов из реактора. Сначала туда отправили современных импортных роботов, но они не выдерживали запредельного напора заряженных частиц и быстро выходили из строя. Место немощного железа на «поле боя» пришлось занимать людям, которых прозвали биороботами. Сходство с машинами придавало то, что все облачались в защитные одежды из металла и выполняли рутинные действия — сбрасывали вниз смертельно опасный мусор. В один из дней этой работой управлял наш земляк.
«Это было 28 сентября 1986 года, — вспоминает Николай Мохов. — По приказу 130 человек из полка со мной отправились на станцию для очистки крыши 3-го энергоблока. Бойцы надевали защитные рентген-фартуки и „лепестки“ на лицо, после чего поднимались наверх по лестнице. Я сидел в специальной свинцовой кабине с секундомером и кнопкой сирены, чтобы подавать сигналы эвакуации. Первая пятерка отработала минуту, но после нее из-за очень высокого уровня радиации время для каждой смены решили сократить. Так родилось выражение „50 секунд Чернобыля“. За весь день через крышу прошли 95 человек. Впоследствии они стали инвалидами и их прозвали аистами».
Сначала радиоактивные материалы с крыши 3-го энергоблока сбрасывали импортные роботы. Но они не выдерживали и выходили из строя. Тогда дело в свои руки брали люди.
В чернобыльской эпопее был и свой день победы. В очистке крыши принимали участие курсанты ивановского пожарно-технического училища, которые отметили завершение этой работы водружением красного флага на трубе возле 4-го энергоблока. В хронике аварии остались видеокадры этого знаменательного события, произошедшего 1 октября 1986 года. Подобно поднятию знамени над Рейхстагом оно символизировало усмирение атомной угрозы и стало возможным благодаря вкладу каждого бойца из более чем полумиллионной армии ликвидаторов. А для героя этого рассказа главная победа в том, что все его подчиненные смогли вернуться домой.
«Первоочередной задачей для меня как командира была забота о личном составе, чтобы у всех остались целыми руки, ноги, голова, — говорит Николай Мохов. — Там случались всякие ситуации, и автомобили переворачивались, но, слава Богу, в батальоне обошлось без жертв. В нашем кубанском полку было несколько молодых парней, которых призвали туда сразу после службы в армии. Мы всеми силами их оберегали и не брали на ту же очистку крыши. В основном туда отбирали зрелых мужчин в районе сорока лет, у которых уже были семьи и дети. Хотя всех призывали на полгода, некоторые возвращались уже через месяц — доза больше 20 рентген не допускалась».
Как одна семья выстояла на атомной передовой
Как и в настоящей битве, на чернобыльском фронте нашлись свои дезертиры. В пяти километрах от полевого лагеря кубанских ликвидаторов стоял литовский полк гражданской обороны, который фактически сбежал с атомной передовой. Они просто собрались и уехали домой, судя по всему, испугавшись увиденного. Вскоре на место прибалтов прибыл полк из Волгоградской области, выполнивший свой долг. Жители Краснодарского края тоже добросовестно справились с трудной работой в зоне отчуждения, причем наших резервистов считали там одними из самых ответственных. Как и Николай Мохов, многие потом получили боевой орден Мужества или другие награды.
«Я могу с уверенностью сказать, что чернобыльцы Кубани с честью выполнили возложенные на них задачи по ликвидации последствий катастрофы не только во благо своей страны, но и всего мира, — говорит Николай. — Мы справились благодаря патриотическому настрою советских граждан. Там все были как одна большая семья с единым духом и жили общим делом. У нас не было никаких поползновений, чтобы как-то уклониться, а даже наоборот. Некоторые бойцы, быстро набиравшие максимально допустимую дозу облучения, говорили: „Я не хочу уезжать домой, хочу остаться вместе со всеми!“ Но это запрещалось — чуть ли не подсудное дело».
Николай Мохов находился в зоне ликвидации последствий катастрофы с 7 июля по 3 октября 1986-го, получив облучение 18,5 рентген. В первые годы после возвращения никаких последствий радиации не ощущал, что связывает с приемом медикаментов — там пил активированный уголь, а дома принимал сильные дозы препарата для щитовидной железы. Но уже в 1993 году ему дали II группу инвалидности. Несмотря на проблемы со здоровьем, в свои 77 лет он находит силы помогать другим ликвидаторам в качестве заместителя председателя Прикубанского филиала краснодарского регионального отделения Всероссийской общественной организации инвалидов «Чернобылец».
«Сейчас у нас на учете стоят 138 участников ликвидации аварии, хотя проживают, наверное, более 300 — округ развивается, приезжают люди из других регионов, — делится Мохов. — Стараемся помочь всем, кто к нам обращается, в том числе проводим работу с вдовами умерших чернобыльцев. К сожалению, многие уже ушли. Каждый год 26 апреля мы собираемся у памятника чернобыльцам Кубани в Юбилейном микрорайоне и вспоминаем тех, кого с нами нет. Также встречаемся со школьниками и студентами краснодарских вузов. Как раз сегодня я выступал перед студентами аграрного университета и рассказываем им о катастрофе, чтобы о ней не забывали».
Авария на Чернобыльской АЭС: как это было
- Дата и время катастрофы: 26 апреля 1986 года в 01 час 23 минуты по московскому времени на 4-м энергоблоке Чернобыльской АЭС (Украинская ССР, город Припять) произошел взрыв реактора РБМК-1000.
- Масштаб выброса: В атмосферу было выброшено около 190 тонн радиоактивных веществ — в 400 раз больше, чем при бомбардировке Хиросимы. Загрязнению подверглись 14 регионов СССР общей площадью более 56 тысяч квадратных километров.
- Зона отчуждения: В радиусе 30 километров от станции была создана зона отчуждения, откуда эвакуировали около 115 тысяч человек. Наиболее пострадала Украина, Беларусь и западные области России.
- Ликвидаторы: В ликвидации последствий аварии участвовали более 600 тысяч человек со всего СССР. Они тушили реактор, возводили саркофаг, дезактивировали территорию. Десятки тысяч из них получили высокие дозы облучения и стали инвалидами.
- Саркофаг и сегодняшний день: Первый саркофаг («Укрытие») был построен в рекордные сроки — к ноябрю 1986 года. В 2016 году над ним установили новый защитный конфайнмент. Зона отчуждения остаётся радиоактивной, однако там ведется научная работа и развивается туризм.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
