Примерное время чтения: 17 минут
1075

Бабушкин сундук. Как одна вещь сохранила историю семьи

«АиФ-Юг» № 23 03/06/2021 Сюжет «Семейные саги и реликвии»
Дедушка с бабушкой Фатимы Шеуджен во дворе собственного дома. С ними дочка Зулима и правнук Алим.
Дедушка с бабушкой Фатимы Шеуджен во дворе собственного дома. С ними дочка Зулима и правнук Алим. / Фатима Шеуджен / Из личного архива

Что такое дом? Это крепость, и даже государство, в котором есть свои порядки, традиции, запреты и свои реликвии. В нашем доме это был бабушкин сундук. Впрочем, он есть и сейчас. Самому дому чуть меньше полувека, он сто раз ремонтировался, и тогда что-то выбрасывалось, что-то менялось. И только на сундук ни разу не поднялась рука. Ведь в нём хранилась память. При соприкосновении с вещами из старого сундука перед глазами оживают картинки недавнего и далёкого прошлого моей семьи.

Хранитель сокровищ

Кажется, он в нашем доме был всегда. В семье говорили, что ему больше ста лет. Во время последнего ремонта-перестановки со своего постоянного места - бабушкиной комнаты - переехал сундук на летнюю веранду. Кто-то из нашего семейства даже предложил его сжечь, но в защиту выступила тётя: «Вы что! Это же раритет!»

Этим раритетом бабушка очень дорожила. На замок не запирала (он просто потерялся), но старалась к нему никого не подпускать. Каждое лето его выставляли на улицу, бабушка доставала из него вещи- проветрить, а сам сундук красила. Какого цвета он только не был! И жёлтый, и золотистый, и коричневый, сейчас - голубой. И явно, это не последний цвет.

Затем всё аккуратно складывалось обратно, и он водворялся на место. Для меня этот сундук казался хранителем сокровищ!  И всё своё детство я старалась быть к нему поближе (Позже мой сын признавался, что он тоже имел виды на этот предмет мебели). Как только бабушка за порог- я к сундуку. Что я там хотела найти? До сих пор не пойму. Наверняка, золото-бриллианты. Ни того, ни другого в нём не было.

Были там какие-то бабушкины вещи, среди которых важную часть составлял «похоронный набор» - циновка и белый ситец - метров десять. Сейчас, понимаю, что к встрече с Богом она начала готовиться слишком рано - лет в 55.

Ещё в сундуке были несколько вещей её дочери (моей тёти), которая умерла очень рано - в 26 лет от болезни сердца. И несколько больших портретов - родителей моего деда, её собственных дедушки с бабушкой, её матери и мачехи.

Потом до меня дошло - сундук хранил память! Я об этом и раньше догадывалась, но всё равно каждый раз хотела в нём найти что-то интересное. Сначала бабушка ругалась, мол, зачем ты всё переворошила! А потом стала шутить: «Выйдешь замуж, привезут тебе в нём приданое».

Магомет и Чабахан Мугу. Прапрадеда раскулачили в 1937 году и отправили в тюрьму, где он и умер. Прапрабабушка пережила его ненадолго.
Магомет и Чабахан Мугу. Прапрадеда раскулачили в 1937 году и отправили в тюрьму, где он и умер. Прапрабабушка пережила его ненадолго. Фото: Из личного архива/ Фатима Шеуджен

История об исчезнувшем паспорте

То, как бабушка дорожила сундуком, иногда доходило до смешного. Как-то исчез мой паспорт. Я поступала в аспирантуру, и он мне срочно понадобился. Обыскала всё. Документа нет. Последняя надежда - сундук, может, он там? Но бабушка упёрлась: «Отстань, нет там твоего паспорта, как бы он туда попал? Сейчас всё перевернёшь вверх дном, а мне раскладывать!» В общем, не подпустила.

Я пару дней ещё металась по дому и поняла, что надо ехать в районный центр, делать новый документ. Пригорюнилась, ох, как не люблю все эти очереди и госучреждения. Зашла к бабушке сказать, что уезжаю. Её нет. Думаю, загляну всё-таки в сундук. Порылась-порылась и о, святые угодники! Документ нашёлся на самом дне! Сообщила бабушке, что обо всём этом думаю. Она отмахнулась - мол, не знаю, как попал.

А я догадывалась. Состоялся у нас накануне разговор... Я получила диплом в университете и меня звали в аспирантуру. Идти я туда не хотела. Мне уже целых 22 года, я дипломированный журналист, хочу работать и зарабатывать деньги! А тут надо за копейки на кафедре три года оставаться, чтобы учиться на очном отделении. Да и кому я такая умная буду нужна!

Все эти свои умозаключения бабушке и озвучила. Она выслушала и спокойно ответила: «Замуж надо выходить не раньше 25 лет, пока есть возможность, учись, чтобы в будущем могла сама себя содержать». Меня от этих слов даже передёрнуло. Во-первых, кому я в 25 лет «старушка» буду нужна, ещё и с учёной степенью! И вообще мечтаю не на себя рассчитывать, а встретить прекрасного и состоятельного принца. Ну и под конец выбросила главный козырь: «Нана (бабушка), сама-то в 16 лет замуж вышла, теперь хочешь, чтобы я старой девой осталась». Бабушка тогда просто посмеялась. Инцидент был исчерпан, и она  об этом благополучно забыла. А паспорт мой исчез. Я уже и поступать в аспирантуру согласилась, под её, кстати, давлением, а она про документ не вспомнила.

Сейчас вещей в сундуке больше нет, как и его владелицы. Остались только портреты. За каждым из них - история и непростая судьба моих бабушки с дедушкой - Разиет и Асланчерия Бачемуковых. Даже сундук тому подтверждение.

Очень долгое время мои бабушка и дедушка скитались по чужим углам, своего жилья у них не было. Много лет они прожили у дедушкиной тёти, которая бабушке этот раритет и передала.

Мы с сыном бережно храним сундук и его содержимое.
Мы с сыном бережно храним сундук и его содержимое. Фото: Из личного архива/ Фатима Шеуджен

Ляля

Самыми ценными вещами, которые хранились в старом сундуке для бабушки, были вещи Ляли - её дочери, ушедшей из жизни совсем молодой. На самом деле звали её Хариет. Это я не выговаривала имя и звала её Ляля.

Детей у бабушки с дедом было четверо. Все девчонки. Старшая - Нафсет, моя мама. Затем Мариет, потом шла Хариет. И Зулима, самая младшая, которая в итоге меня и воспитала.

Я была старшей внучкой. Очень скоро у меня родились сестры-погодки, которыми занимались родители, а я много времени проводила с бабушкой-дедушкой, Лялей  и Зулимой. Иногда я всё же отправлялась к маме с папой. Правда, те меня тут же вели в детсад. Но уже в пятницу за мной приезжала Ляля и забирала домой - обратно к бабушке.

Тётя была красавицей, умницей и хохотушкой - вокруг неё всегда собирались  люди. Она была медиком и знала, что серьёзно больна. Но никогда даже вида не подавала, что её что-то беспокоит. Наоборот, была заводилой во всех компаниях и очень любила детей. Со мной возилась больше всех - наряжала, причём, нередко платья шила сама. Часто подначивала - задавала взрослые вопросы, на которые я серьёзно отвечала. Она громко хохотала и всем пересказывала. Например, её любимый вопрос был: «За кого ты выйдешь замуж, когда вырастешь?» Я важно отвечала: «За генерала»! На тот момент мне было года три и, конечно же, её это очень смешило, но она продолжала: «Генералы же старые!» На что я парировала, что сначала выйду замуж за лейтенанта, и он когда-нибудь станет генералом. Потом, долгое время, все родственники, завидев меня, вспоминали: «А, это девочка, которая хочет замуж за генерала!»

Когда Ляля куда-то собиралась, спрашивала меня: что тебе привезти? Я, надо сказать, не мелочилась и неизменно отвечала - золотые серёжки. Она смеялась, расцеловывала меня и обещала:  «Пойдёшь в первый класс, я обязательно тебе их подарю».

Её не стало, когда мне было пять лет. А ей - всего 26. Она лежала в больнице на обследовании. Внешне была прежней - красивой, весёлой. Это было в июле 1981 года. Вечером пришли навестить сёстры, она их проводила до ворот. Вернулась, но, не дойдя до палаты, умерла…

Для семьи это стало огромным горем. Бабушка долгое время не могла прийти в себя  - всё время плакала, а потом этот плач перешёл в гыбзэ ( у черкесов так называют оплакивающую песнь). Чтобы не оставлять бабушку с дедом наедине с горем, в их доме оставили меня. В школу я пошла там же. A золотые серёжки, когда я отправилась в первый класс, в память о Ляле мне купила другая тётя - Зулима.

Вещи умерших принято раздавать. В тот раз тоже так сделали. Но в память о дочери бабушка оставила халат, в котором её привезли из больницы, и небольшую косметичку. Бабушка их хранила до самой своей смерти - почти 30 лет.

Ляля знала, что смертельно больна, но ничего об этом не говорила. Фото: Из личного архива/ Фатима Шеуджен

Чабахан и Хаджа Магомет

Были в сундуке и старые фотографии. Вернее, большие портреты в деревянных рамах. Самыми дорогими для бабушки были фотографии её бабушки и деда. Бабушку звали Чабахан, деда - Магомет. Это они её воспитали. Хотя у бабушки было две матери. Мать и мачеха.

Обеих я прекрасно помню. Они жили в Майкопе, у своих сыновей ( бабушкиных братьев), но регулярно приезжали погостить.

Родная мать бабушки, Мелечхан, была из княжеской семьи. Говорят, в молодости была невероятной красавицей. Сама прабабушка  мне рассказывала, что замуж за бабушкиного отца - Даута - выдали её против воли. Так договорились родители. Но сердцу не прикажешь. Красавица Мелечхан не смогла жить с нелюбимым мужем и  вернулась к родителям, а трёхлетнюю дочку Разиет ( мою бабушку) пришлось оставить в доме бывшего супруга. Тогда у черкесов так было принято - дети оставались в семье отца.

Тот женился на другой. К слову, мачеху бабушка очень любила. Та тоже относилась к ней, как к родной. И уже своих кровных детей, которых у неё было трое, воспитала в почтении к старшей - Разиет.

Что примечательно, и мать, и мачеха были друг с другом в хороших отношениях.

«Через несколько дней после свадьбы новая мама встретилась с моей родной матерью на реке Марта (в ауле Джиджихабль), куда обе ходили за водой, - рассказывала бабушка.- Мама, увидев новую жену бывшего мужа, хотела быстрее уйти, но та её остановила и сказала: «Мы с тобой не враги, не убегай! В любое время заход повидаться с дочерью».

Но родная мать вскоре вышла замуж и уехала в другой аул. Отца бабушки забрали на службу, потом началась война, позже, пришло известие, что он пропал без вести. Приёмная мать сильно заболела и вместе с тремя маленькими детьми уехала к своим родственникам в аул Адамий. Бабушка осталась со своей бабушкой Чабахан и дедом Магометом Мугу.

Семья была крепкой и зажиточной. Магомет  ещё в то время совершил хадж в Мекку, был Хаджой, и в ауле его почитали. Во дворе было несколько строений - большой дом, кунацкая (где встречали гостей), сарай. Советской власти семья ой как не понравилась. Старого Хаджу арестовали и отправили в краснодарскую тюрьму. А Чабахан с внучкой из дома выселили в кунацкую, а потом и вовсе в сарай. Строения забрали под школу.

«В одночасье наша семья обеднела, а бабушка Чабахан постарела, - рассказывала моя нана. - Сыновья, включая моего отца, - на фронте, муж - в тюрьме. Жить нам не на что, да и есть тоже нечего. Тем не менее бабушка по крупицам собирала что-то, и мы носили передачи деду в тюрьму. Помню, поехали мы в Краснодар, по дороге встретили родственника, который угостил меня пряниками. До сих пор этот вкус помню, кажется, ничего слаще в жизни не ела».

Хаджа умер в тюрьме, бабушка Чабахан ненадолго пережила своего мужа. Моя нана осталась сиротой (у матери новая семья, приёмная мать серьёзно болела)  и какое-то время жила в Тлюстенхабле  у родственников. Там она с моим дедом познакомилась и вышла за него замуж. Было ей всего 16 лет.

Фатимет и Теучеж - дедушкины родители.
Фатимет и Теучеж - дедушкины родители. Фото: Из личного архива/ Фатима Шеуджен

Теучеж и Фатимет

Ещё один портрет, который сначала стоял у нас в серванте, а потом перекочевал в сундук, - портрет родителей моего деда - Теучеж и Фатимет. Дедушка был замечательным рассказчиком, и в детстве он много рассказывал мне о своей семье и предках.

Если бабушкин род был знатным и зажиточным, то дед был из абадзехов.  Это  одно из черкесских племён, которое  славилось своим свободолюбием и никакой власти над собой не признавало.  Правда, абадзехи сами могли навредить друг другу так, что не каждый князь посмеет. Проживали они на северном склоне Кавказского хребта, позже их переселили в аул Хакуринохабль (Шовгеновский район). Как же Бачемуковы оказались в Тлюстенхабле, совсем рядом с Краснодаром?

«Бачемуковы  попали  в эти места случайно, рассказывал мне тата (дедушка). - Мои предки, абадзехи , жили в горах. Однако во время Кавказской войны был убит мой прадед, а его молодая жена осталась одна с двумя сыновьями на руках.

У братьев овдовевшей женщины созрел злой замысел - детей отвезти на побережье, на невольничий рынок и  продать в рабство туркам, а сестру, которая была хороша собой, ещё раз удачно выдать замуж. Об этом прознала одна из родственниц прадеда, она была вдова и проживала в ауле Тлюстенхабль (кстати, русские его тогда называли Султанским  хутором, так как селение принадлежало известному черкесскому просветителю Султану Хан-Гирею). Её звали Цыоан. Она, как и все абадзехи, была независимой и храброй настолько, что  её даже мужчины побаивались. Про нее ходили легенды. Однажды она вышла пасти скот (в ауле все это делали по очереди, в основном мужчины, но поскольку она жила одна, пришлось самой выйти. Мимо проезжал князь с орками (придворными). Он их послал за коровой, чтобы забить и пожарить на костре мясо. Однако, Цыоан их самих нагнала. Князь рассердился и сам отправился за добычей. На что женщина заявила, что, пусть приходит за коровой, когда пасти будет мужчина, иначе она за себя не ручается. Тот не обращая на нее внимания накинул аркан на животное. В ту же секунду ему в ногу прилетела пика. Орки забрали раненного и увезли от греха подальше. Что примечательно,  князь оценил смелость пастушки, отзывался о ней с уважением и даже приглашал ее в гости.  Так вот, та самая Цыоан прознала, что её племянников хотят продать в рабство. Отправилась на телеге в горное селение, тайком вывезла невестку с двумя сыновьями и поселила их у себя. Один из тех племянников и был моим дедом».

К сожалению, таких давних фото в сундуке нет. А вот портрет (сделанный в конце 20-х годов прошлого века) дедушкиного отца и матери сохранился. Мой прадед - статный, в папахе, прабабушка (почти моя тёзка) ещё молодая, с благородными чертами лица. Впрочем, до старости она и не дожила. В браке Теучежа и Фатимэт родились четыре сына. Азметчерий, Салатчерий, Асланчерий (мой дед) и Инвер.

Расскажи свою историю
«АиФ-Юг» проводит конкурс историй о ваших родословных «Семейные саги и реликвии». Считается, что образованный человек должен знать историю своего рода до седьмого колена. Но некоторые даже не всегда понимают, кто их прабабушки и прадедушки. Разве не интересно знать, через какие испытания пришлось пройти предкам, чтобы появились мы? И, конечно, передать эти знания своим детям. Кроме прочего, история рода способна поведать о периодах и их влиянии на судьбы людей. Свои рассказы или истории родственников вы можете присылать на почту red2@aifkuban.ru
 

Тата был совсем маленьким, когда родители развелись. Вернее, его отец Теучеж полюбил русскую женщину Евдокию (бабу Дусю я тоже прекрасно помню, она пережила всех, умерла в 104 года) и привёл её в дом. Моей прабабушке ничего не оставалось, как уйти. Дети, по обычаю, остались в семье мужа.

«Мама не поехала в родной аул Адамий (недалеко от Усть-Лабинска), а поселилась в нескольких  километрах  от Тлюстенхабля, в ауле Тугургой, чтобы быть поближе к своим детям,  - рассказывал дед. - Каждое утро старшие братья (им то было всего 10-12 лет) сажали нас с Инвером на плечи, и мы через лес шли к своей маме. Она всегда нас ждала у окна. Завидев   издалека, махала нам, надевала платок и выбегала навстречу. Обнимала нас, целовала.  Мы были единственной радостью в её жизни. Она так тосковала, что вскоре тяжело заболела и умерла».

Так мой дед остался без матери.

Во время Великой Отечественной без вести пропали старшие братья - Азметчерий и Салатчерий. А  дед совсем ещё маленьким пошёл работать в колхоз, а когда началась война, ему было всего  14 лет,  стал трактористом. Был для семьи кормильцем - в новой семье отца подрастало ещё трое детей.

С бабушкой они поженились в 1949 году. Ей - 16, ему - 23. Своего угла у них долго не было. Жили  на чужих квартирах, потом у дедушкиной тёти Цыу. Благодаря этой женщине у бабушки появился сундук, в который она уместила всё самое ценное, что есть у нашей семьи, - историю рода, людей, от которых мы все произошли.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Опрос

Собираетесь ли вы вакцинироваться?

Ответить Все опросы

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах