Уникальная история сочинца Александра Пашина, присланная на конкурс «Семейная сага», охватывает две переломные эпохи: его предок Исхак Исмагилов прошел горнило Первой мировой и Великой Отечественной войн, побывал в немецком плену и вернулся с наградами. Боевой путь солдата восстановлен благодаря архивным документам и подлинным журналам.
Призыв 1915 года: как татарский крестьянин оказался на фронте Великой войны
Дядя моего деда Исмагилов Исхак Исмагилович родился 12 августа 1896 года в деревне Новое Кадеево Кутушской волости Чистопольского уезда Казанской губернии в семье земледельца среднего класса. Ныне это деревня называется Утыз Имян (названа так в честь татарского поэта, ученого и религиозного деятеля) и находится в составе Черемшанского района. У него было два старших брата Ибрагим (1883 г.р.) и Закир (1889 г.р.).
В 1912 году Исхак окончил 4-классную Ново-Кадеевскую сельскую школу, затем двухмесячные курсы счетоводов в селе Черемшан. После этого работал в хозяйстве отца, занимался полеводством. С 1914 по 1915 годы трудился вдали от дома на строительстве железнодорожного моста в Симбирске.
В 1915 году был призван в русскую императорскую армию рядовым стрелком в 40-й Колыванский пехотный полк 10-й дивизии. В составе этого полка он принимал участие в наступательной Нарочской операции наших войск. Она проводилась с 5 (18) по 17 (30) марта 1916 года. Такое название операция получила по озеру Нарочь. Ныне это территория республики Беларусь.
15 апреля 1916 года он попал в плен около деревни Близники Свенцянского уезда Виленской губернии (сейчас эта деревня Занарочь) Мядельского района Минской области.
Ураганный огонь и немецкий плен: как предок сочинца выжил в мясорубке под Нарочью
Из журнала боевых действий 40-го Колыванского пехотного полка за 15 апреля 1916 года: «Около 5 часов утра немцы открыли ураганный огонь по передовым окопам и по резерву, телефонная связь сейчас же была порвана и восстановить ее не удалось, связь цепочкой и посыльными тоже отказала вследствие огня и артиллерии противника.
Около 6 часов утра командир 1-го батальона капитан Томс был ранен и контужен, в командование 1 и 4 батальонами вступил капитан Брахман. В 7 часов утра капитан Брахман донес, что в окопах много убитых и раненых, особенно сильные потери понесли 2-я и 3-я роты.
Командир полка, получив донесение, приказал капитану Брахману поддержать левый фланг 14 и 16 ротами, а правый 7 и 8 ротами в случае атаки немцев. С 9 часов утра всякая связь не только с передовыми окопами, но с полковым резервом была окончательно потеряна, и только последнее донесение капитана Брахмана, полученное в 8 часов утра, указывало, что на участке полка создалось серьезное положение, ибо все окопы разрушены, и части полка понесли огромные потери. В 10 часов утра командир полка послал приказание командиру 3-го батальона (бывшему в дивизионном резерве) немедленно продвинуться к штабу полка.
Это распоряжение командира полка о подходе 3-го батальона совпало с извещением полковника Бибинова о том, что немцы повели атаку и что наши части отходят из передовых окопов. Посланное командиру 3-го батальона приказание письменно было получено лишь только в 11 часов 45 минут утра, но так как батальон заблаговременно был готов к выступлению, то продвижение еще вперед к штабу полка не замедлилось, и батальон действительно подошел к штабу полка к 12 часам 40 минутам дня, несмотря на крайне открытую местность и ураганный огонь артиллерии противника.
Дальнейшее продвижение 3-го батальона задержано отходившими людьми из передовых окопов, ружейным и артиллерийским огнем противника. Однако и немцы остановились вследствие ружейного огня, открытого 9 и 10 ротами, а затем наступлением во фланг немцам 37-го Екатеринбургского полка.
В 12 часов 35 минут дня командир полка полковник Щербачев принужден был отойти со штабом полка, так как его землянка обстреливалась не только артиллерией, но и ружейным огнем немцев, подошедших к месту расположения полка на 200 шагов. Отходя со штабом в направлении 3-го батальона, командир полка полковник Щербачев был тяжело ранен и вынесен на перевязочный пункт.
Внезапная атака противника была встречена контратакой сводных поддержек под начальством капитана Брахмана, но последний был смертельно ранен и остался в руках немцев. Роты отступили, понеся в рукопашном бою и во время отхода большие потери. На левом фланге полка немцы, бросившись в атаку на участок 25-го Смоленского полка со стороны Фердинандова носа, вышли не только во фланг, но и в глубокий тыл к ротам полка, которые принуждены были отойти и во время отхода понесли большие потери.
Живые потери полка: 3 офицера ранены, двое из них остались на поле боя, 14 офицеров пропали без вести, 268 нижних чинов убито, а 176 ранено, без вести пропавших 1523 (среди них и дядя моего деда). Материальные потери: 6 русских пулеметов, 4 кольта, 1 станок, 3 бомбомета, 1 миномет системы капитана Лихотина».
За время боев под Нарочью российская армия потеряла около 100 000 солдат и офицеров. Наши войска потерпели поражение, но стратегическая цель Нарочской операции была достигнута: сражение сковало кайзеровские войска на Восточном фронте, и германское командование было вынуждено остановить наступление под Верденом.
Межвоенный период и Великая Отечественная война: второй призыв и саперный батальон
Старший брат Исхака Ибрагим тоже принимал участие в Первой мировой войне. В плену дядя моего деда находился в немецком лагере Саарбрюккен в Германии, работал вагонщиком на угольных шахтах. Освобожден в июле 1918 года. В том же году он вернулся на Родину и до 1919 года работал в собственном хозяйстве. В 1919 году в Самарской и Казанской губерниях начался сильный голод, поэтому Исмагилов вместе с семьей уехал в Сибирь. До 1922 года работал сторожем в селе Березки Большоулуйской волости Ачинского уезда и в Улуйской заготовительной конторе.
В 1922 году вернулся в свое село Новое Кадеево и до 1926 года занимался хлебопашеством в своем хозяйстве. В 1926 году, переехав в поселок Кызыл Чишма (или Красный Ключ) и получив от правительства в кредит деньги и машины, он организовал артель и работал руководителем до образования колхозов. Вошел в колхоз в 1931 году и работал председателем по 1934 год.
С 1940 года — в селе Черемшан заведующий сектором животноводства в районном земельном отделе. Затем с мая 1940 по июнь 1941 счетовод колхоза «Кызыл Чишма». У Исмагилова было четверо своих детей и пятый мой дед Муртазин — его отдали родственникам на воспитание после расстрела отца. Когда началась Великая Отечественная война, первым был призван на фронт Исмагилов (12 ноября 1941), затем мой дед Муртазин (27 декабря 1941), а в 1943 году призвали старшего сына Исмагилова Габдулхака.
Исмагилов был сапером 1343-го отдельного саперного батальона 53-й армии Северо-Западного фронта. Из-за полученного ранения находился на излечении в хирургическом полевом подвижном госпитале № 2204. После чего 24 октября 1942 года зачислен ездовым (но был одновременно и санитаром) в штат госпиталя.
13 января 1945 года за высокие образцы работы по медико-санитарному обеспечению войск награжден нагрудным знаком «Отличник санитарной службы». 19 июля того же года демобилизован. По возвращении в деревню Кзыл Чишма Исмагилов работал в колхозе им. Кирова: счетоводом, председателем и молокосборщиком. Награжден медалями «За оборону Советского Заполярья» и «За Победу над Германией в Великой Отечественной войне». Умер 23 мая 1977 года.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
